20 Июнь, 2019, 08:36:11 amПоследний пользователь: Jack Manhattan

Автор Тема: One more time, one more chance... I  (Прочитано 3298 раз)

Оффлайн Mr. X

  • Предугадывание движений противника, невосприимчивость к боли, сверхконцентрация внимания, владение всеми видами оружия и боевых искусств.
  • Administrator
  • *****
  • Сообщений: 120
  • Karma: +3/-0
  • The Best There Is
One more time, one more chance... I
« : 04 Январь, 2014, 01:28:16 am »
One more time, one more chance... Part I
Что если… думаем мы порой. Повернуть время вспять, поступить иначе, сделать другой выбор, пойти иным путем. Изменит ли это мир вокруг нас, или же все останется прежним? Не войдем ли мы в ту же самую дверь, только с другой стороны? Сможем ли переломить ход событий, или обречены шагать по протянутой линии к роковому часу, ослепленные иллюзией свободы воли? Иногда так хочется верить в призрачный шанс… но что сделано, то сделано, и все домыслы остаются лишь несбыточными мечтаниями, чудовищно искаженными призмой сентиментальности, в которой безоблачное прошлое выглядит куда притягательней мрачного настоящего. Мы вынуждены жить с грузом проб и ошибок, невольно взваливаемым по пути на собственные плечи, и чем он тяжелее, тем труднее сделать еще одно движение вперед, волей-неволей, задумываясь… А если…
Участники: Mr. X, Common Goal
Мастер: Mr. X
Описание местности: Будет меняться по ходу развития сюжета.
Learn more
"Я – невозможный человек. Моя личность поверхностна и бесформенна, я глубоко и устойчиво бессердечен. Совесть, жалость, надежды исчезли давным-давно, если вообще когда-нибудь существовали. Я превзошел все неконтролируемое и безумное, порочное и злое, все увечья, которые я нанес, и собственное полное безразличие. Хотя я по-прежнему придерживаюсь одной суровой истины: никто не спасется, ничто не искупит. И все же на мне нет вины. Разве зло – это мы? Или наши поступки? Я испытываю постоянную острую боль, и не надеюсь на лучший мир, ни для кого. На самом деле мне хочется передать мою боль другим. Я хочу, чтобы никто не избежал ее", - Брет Истон Эллис, "Американский психопат".

Оффлайн Mr. X

  • Предугадывание движений противника, невосприимчивость к боли, сверхконцентрация внимания, владение всеми видами оружия и боевых искусств.
  • Administrator
  • *****
  • Сообщений: 120
  • Karma: +3/-0
  • The Best There Is
Re: One more time, one more chance... I
« Ответ #1 : 04 Январь, 2014, 01:29:55 am »
- Я могу! – громогласно возвестил Виктор Фон Дум миру. И он не лукавил. В его металлических руках сосредоточилась мощь самой жизни. Необузданная. Необъятная. Безграничная. Он действительно мог…


Волна накатила внезапно, сглаживая и вымывая ткань реальности, преображая и полностью обновляя узор рисунка. Они стояли плечом к плечу (формально, он удерживал ее рукой от того, чтобы упасть в бессознательном состоянии), когда череда метаморфоз добралась и до них. Маньяк-убийца, одержимый идеей идеальной смерти, возведенной в ранг искусства, и ставшая каким-то совершенно невероятным образом его спутницей в этом кровавом походе под названием жизнь девушка-авантюристка, ослепленная собственной уникальностью, сотню тысяч раз потерянная, и лишь недавно во всей полноте обретенная. Они ни о чем не догадывались, и даже не подозревали, приостановившись на мгновение перед следующим рывком в недрах Земли Теней – крепости черного культа Снейкрут, возглавляемого уже “далеко-не-героем” известным как Сорвиголова.
Мадлен так и не успела прийти в себя. Она дрейфовала где-то в глубине своего сознания, где миллионная доля секунды подобна вечности. Кэмпбелл впитала черную магическую энергию венценосного повелителя людей-мертвецов и теперь осталась наедине с ней. Общая Цель находилась в круге света, падавшего на нее откуда-то сверху, а вокруг теснилась тьма, наполненная зеленовато-пепельной мглой, роившейся, точно мириады крошечных жуков. И в этой тьме горели глаза кислотно-желтые, непроницаемо злые, нечеловеческие, без зрачков.
- Какое причудливое создание, - хриплым свистом отозвались “глаза”, и Мадлен показалось, будто тьму пониже узких зрачков разрезала округлая пасть, усеянная по переферии множеством длинных, острых зубов. Кэмпбелл понимала – рядом с ней бродит Зверь, могущественный демон, божество вероотступников клана Руки. – Так жаль, что на тебе уже лежит печать другого… впрочем, если ты готова принять мой дар, тебе откроется истина, доступная лишь избранным, - из мрака к девушке протянулась конечность, рукой ее нельзя было назвать. Худая, жилистая, тошнотворного трупного оттенка, будто мертвая плоть сгнила изнутри, пролежав не один день под знойным, палящим солнцем. Чешуя и грубая шерсть местами покрывали ее, а когтистые, крючковатые отростки пальцев держали позолоченный кубок, наполненный до краев мутновато-белой жидкостью, ассоциировавшейся с молоком, вязким, точно деготь. – Пей и обретешь спасение от бури, зависшей над твоей головой, - Мадлен ощущала неведомую силу, идущую от призрачного “молока”. Искушение принять чашу было воистину невыносимо. На поверхности сосуда мелькали картины, порождаемые воображением самой Лилу Паркер. Она, властная и как никогда грозная, восседает на величественном троне, подле которого валялись изломанные тела ее врагов, а все остальное пространство вокруг заполняли коленопреклонные вооруженные люди из клана Руки, молитвами воспевающие свою повелительницу. – Торопись, времени мало, буря грядет. Бери и пей, пей… - вкрадчиво причмокивал Зверь, и глазницы его мерцали чуть ярче, освещая пару изогнутых металлических рогов, расположенных в том месте, где по логике должен был располагаться лоб.
И, когда напряжение достигло своего пика, Мадлен услышала еще один звук, кроме голоса демона. Такой близкий и знакомый, мелодичный, пронзительно печальный, как голос давно утраченной и забытой матери, как колыбельная из детства, искусно исполняемая кем-то на флейте, такой живой, но бесконечно одинокой. Кэмпбелл осознала, что во тьме скрывается кто-то еще... или что-то.
"Я – невозможный человек. Моя личность поверхностна и бесформенна, я глубоко и устойчиво бессердечен. Совесть, жалость, надежды исчезли давным-давно, если вообще когда-нибудь существовали. Я превзошел все неконтролируемое и безумное, порочное и злое, все увечья, которые я нанес, и собственное полное безразличие. Хотя я по-прежнему придерживаюсь одной суровой истины: никто не спасется, ничто не искупит. И все же на мне нет вины. Разве зло – это мы? Или наши поступки? Я испытываю постоянную острую боль, и не надеюсь на лучший мир, ни для кого. На самом деле мне хочется передать мою боль другим. Я хочу, чтобы никто не избежал ее", - Брет Истон Эллис, "Американский психопат".

Оффлайн Common Goal

  • Копирование характера, навыков и способностей других через глаза.
  • Loner
  • Сообщений: 9
  • Karma: +2/-0
  • Меня не существует
    • Досье
Re: One more time, one more chance... I
« Ответ #2 : 04 Январь, 2014, 02:18:10 am »
Зрачки Мадлен вытянулись, сделав ее глаза похожими на кошачьи, ее руки обхватили Мистера Икс, будто закрывая его от смерти, и девушка быстро поняла, что совершила ошибку. Тошнота, невероятная и необъятная, была последним, что почувствовала Общая Цель перед тем, как впитанный ею хаос с кровью и плотью вырвал ее личность из головы девушки, наполнив ее физическую оболочку чем-то другим, ужасным и болезненным. Буллзай был последним, кого впитала девушка, и это было очень давно, казалось, что целые века назад, в другой жизни, до правды, до Мадлен, до девочки в машине, до ее забытой любви. С тех пор прошло так много времени, что Цель наверняка болезненно перенесла бы даже обычную личность с непривычки. То, что она впустила внутрь своей головы на этот раз, было в тысячу, в миллион раз хуже всего, что ей приходилось испытать. Хуже того дня, когда она сбежала из Трискелиона и брела по городу, полубезумная, с открытыми глазами, наполняя свою голову сотнями прохожих, которые вопили в ее голове, заставляя черноту перед глазами становиться гуще, и кровь бежать по ее лицу. Один демон стоил тысячи простых людей. И этот демон вывернул сознание бывшей Лилу Паркер наизнанку.
Лилу никогда не забывала то, что делала под влиянием других личностей. Воспоминания были смутными, будто свежий сон, но, к ее прискорбию, не угасали с такой же быстротой - они оставались навсегда - убийцы, насильники, маньяки, предатели, мерзавцы... Так мало хороших людей в ее окружении обладали силами, которые она стала бы добровольно копировать, а вот различных ублюдков было много - Громовержцы, банда Худа. Если вдуматься, то ее голова была помойной ямой, пристанищем зла и ненависти. Для Мадлен всегда было секретом, как она сама не стала такой же.
Воспоминания всегда были с ней, но тем не менее Общая Цель никогда не помнила саму себя, наблюдающую со стороны, запертую и беспомощную. Она приходила в себя позже, но не во время, когда что-то перенимало ее тело. Сейчас все было иначе...
Ощущение невесомости, густой тьмы, в которой было что-то, привело ее в ужас. Ни еще страшнее было то, что впервые она была собой во время того, как кто-то другой был ей. Мадлен прекрасно знала страх, даже постыдный, за свою жизнь, и сейчас ее сердце билось в горле девушки, а спину ее будто окатили ушатом ледяной воды.
Как ни странно, но даже в этом нереальном мире ее глаза привыкали ко тьме, и она обнаружила, что темнота вокруг наполнена чем-то, шевелящимся, выжидающим. Первой реакцией Цели было подскочить на ноги и начать вертеться по сторонам, выжидая нападения. Она выглядела нервозной, напуганной. У нее даже не было времени на злость. Пистолета на ней не было, ровно как и любого другого оружия. Да и вообще - как Цель ни старалась, она не могла поймать в фокус свою одежду, свое тело, что угодно. Ее память плыла, было трудно сконцентрироваться.
Когда тьма приняла форму, медленно становясь видимой перед лицом Мадлен, девушка отпрянула в ужасе, но не сдвинулась с места. Не смотря на панику, каждое слово, произносимое Зверем, резало как нож. Цель понимала, что это Зверь, в ее голове, внутри нее. Она не могла убежать, если только не пустив пулю в рот, но даже этого она не могла сделать - тело девушки было недоступно, находилось в миллиарде миль, за бесконечность отсюда.
- Пошел &%$§&. - только и смогла выдать она непослушными губами. Емкий ответ, и очень содержательный. Он передавал всю гамму чувств Мадлен. Она заставила себя посмотреть на Зверя и не закричать от вида отвратительной, гнилой руки, протянувшей ей тошнотворный, ужасный напиток, при виде которого ее так и потянуло... так и потянуло... отпить... хотя бы глоток. Какой божественный запах. Это запах девочки в машине, да, запах ее волос, это запах ее матери, и аромат душа после ужасного дня, полного перестрелки и крови, запах ее комнаты в Трискелионе, когда ей наконец-то давали побыть одной, упершись лбом в обитую поролоном стену. Она приняла бокал и закрыла глаза, поднеся напиток к лицу. Мир закачался.
Она подумала о власти. О возможностей отомстить своим врагам, наказать тех, кто продавал ее, кто сделал ее больной, несчастной и одинокой. О мести. О ненависти к человеку, предательство которого было ожидаемей всего, но резало сильнее ножа.
Она подумала о буре. Да... Мадлен понимала. Она видела.
Она приложила бокал к губам. Вкус был непохож ни на что, что когда либо пробовала бывшая Лилу. Ее голова закружилась. На тебе лежит печать другого. - Не питай иллюзий, что у тебя есть хоть какой-то шанс. Ты и я. Повеселимся. – Паркер! Постарайся, чтобы тебя не убили, пока меня нет рядом. У меня нет никакого желания объясняться с нашим общим другом.
Звук, раздавшийся где-то рядом, и в то же время внутри ее собственной головы, заставил ее остановиться. Это было что-то прекрасное, вызывающее сладкую боль. Пение сирены, зазывающей моряков на смерть. Оно было прекрасно. Мадлен передернуло, она выронила бокал, который рухнул к ее ногам, орошая ее ботинки тысячами искр. Общая Цель запустила руки в волосы.

Оффлайн Mr. X

  • Предугадывание движений противника, невосприимчивость к боли, сверхконцентрация внимания, владение всеми видами оружия и боевых искусств.
  • Administrator
  • *****
  • Сообщений: 120
  • Karma: +3/-0
  • The Best There Is
Re: One more time, one more chance... I
« Ответ #3 : 04 Январь, 2014, 02:27:21 am »
Хаос какофонии звуков, переплетавшихся воедино, упорядочивался и перерождался в поистине адскую симфонию достойную «Божественной Комедии» Данте. Все смешалось в кипящем котле инфернального творческого процесса. Чарующая песнь духов. Трескучий звон упавшего на пол бокала, расходившийся вокруг камерным отзвуком эха. Хриплый, практически безмолвный, рвущийся наружу вопль ужаса и ярости Лилу Паркер. Тяжелый колонный топот, колкий цокот копыт и чавкающее мокрое шарканье и шлепанье десятка пар различных конечностей и хлесткие щелчки хвостов завращавшегося юлой Зверя, будто выписывающего пируэты сатанинской пляски.
- Твои муки так сладки, так занимательны. Ими можно наслаждаться бесконечно, никогда не надоест. Глупая, не понимаешь, от чего отказываешься, и на что себя обрекаешь, ведь другой может оказаться не столь обходительным, - хихикающе тявкал голодной гиеной демон. – Скоро ты все узнаешь, скоро… но будет уже слишком поздно, тогда вспомнишь меня, и еще пожалеешь о своей опрометчивости…
- Спящий проснется! – вмешался новый, доселе молчавший голос, не принадлежавший Зверю, и вместе с ним умолкла мелодия. Было в нем что-то родное и в то же время пугающе тревожное. От него девушку будто прошило зарядом электрического тока. – Безымянный обретет имя! – такой холодный, властный, спокойный, размеренный, последовательный, напрочь лишенный каких-либо эмоций голос. – Все границы падут, и скованный станет свободным! – участок тьмы за спиной Мадлен озарился вспышкой призрачного света, и она увидела руки, сцепленные в «молитвенный замок», и глаза, по-человечески тоскливые, но при этом переполненные неземной таинственностью.



- А вот и ты, вот и ты! Как интересно, как чудно, как интригующе, - в булькающем клокоте голоса демона зазвучали восторг, негодование и легкий игривый трепет томительного предвкушения. – Сколько же мы с тобой не виделись, меня прямо переполняют противоречивые ощущения: хочется плюнуть в тебя и пожать руку одновременно, - судя по басовитому бархату голоса, Зверя распирало, как пороховую бочку, готовую взорваться изнутри, отчего его пустые узкие зрачки расширились, а едкий туман вокруг стал плотнее, пульсируя с заметной учащенностью.
- Падший восстанет с колен и расправит крылья! – как бы подытожил незнакомец, вцепившись своим пронзительным взором в Общую Цель, не поведя и бровью на разглагольствования Зверя. В нем не было ни злобы, ни муки, ни вожделения, ни стремления подчинить ее своей воле. Он казался совершенно беспристрастным, но при этом достаточно заинтересованным. Немного утомленным, уставшим, ожидающим чего-то слишком долго, практически потерявшим всякую надежду на возможность достижения цели и от того смирившимся с текущим положением вещей. Она видела лишь его бледновато-серое лицо с желто-оранжевыми огоньками глаз и окаменевшие руки.
Стоило последнему слову сорваться с его губ, как веки опустились, и вновь зазвучала мелодия, заставлявшая обливаться кровью сердце, незнакомец растворился во тьме, а столб света вокруг Лилу стал расширяться, конвульсивно содрогаясь, как при землетрясении, под аккомпанемент хохочущего взахлеб Зверя.
- Да, да, мы увидим… я буду ждать с нетерпением… - бесовской гогот постепенно перерос в рев, усилившись до пронзительного писка, способного разорвать человеческие барабанные перепонки… а затем все стихло и побелело.

Очнувшись, Паркер чувствовала себя так, словно ее накрыло взрывной волной, сбило с ног и швырнуло со всего размаха о кирпичную стену, а потом еще привалило сверху обломками.
Изображение перед глазами ходило ходуном, дрожало, прыгало и мельтешило, но инстинктивно она понимала, что окружающая обстановка в норме, а проблема с восприятием – последствие пережитого… кошмара? видения? галлюцинации? или что там еще за чертовщина с ней стряслась.
Мимо нее тенью мелькнул чей-то силуэт, нервные окончания обожгло, в мозгу «выстрелила» картинка, как будто вырванная из яркого воспоминания. И она услышала голос, шедший как будто издалека, вроде закадрового сопровождения в идиотском старинном фильме:
- Двое странствуют каждый в своём собственном мире, две пересекающиеся невозможности, способные преодолеть барьер своей сути, - с ней говорил мужчина: высокий, широкие плечи, длинные светлые волосы, глаза скрыты за темными очками, куча татуировок на теле. Кэмпбелл была практически уверена, что именно он только что прошел мимо нее, имя вертелось на языке, но она, как ни старалась, не могла толком вспомнить, кто это такой, чем они связаны, и откуда взялся увиденный ею фрагмент.
Одного взгляда в пол-оборота хватило бы ей, чтобы понять, никакого блондина в очках поблизости нет. Она стоит на столе в холле просторного помещения, типично-административного стиля отделки и мебелировки, в каждой руке по пистолету, направленному в сторону каких-то людей, лежащих на полу, лицом вниз. Ясность в ситуации образовалась неожиданно, как осознание серьезности драки в баре после первого удара бутылкой по голове…
- Чего, %$@, встала! Говорю, &*#, уходим! Сейчас уже нагрянут, и тогда кранты! – зычный говор чудовищных габаритов громилы, известного как Крушитель, с первого взгляда опознанного Мадлен по зеленому бушлату, полосатой лыжной маске фиолетового цвета и зловещему лому в руке, отрезвил девушку лучше ведра холодной воды.
Мысли мгновенно вернулись в прежнее русло и расставили все по своим местам – она в Криминальном Синдикате Худа, и, если судить по пузатой брезентовой сумке на плече Крушителя, а также по выломанной с «мясом» двери в помещение хранилища, они только что грабанули какой-то банк!
"Я – невозможный человек. Моя личность поверхностна и бесформенна, я глубоко и устойчиво бессердечен. Совесть, жалость, надежды исчезли давным-давно, если вообще когда-нибудь существовали. Я превзошел все неконтролируемое и безумное, порочное и злое, все увечья, которые я нанес, и собственное полное безразличие. Хотя я по-прежнему придерживаюсь одной суровой истины: никто не спасется, ничто не искупит. И все же на мне нет вины. Разве зло – это мы? Или наши поступки? Я испытываю постоянную острую боль, и не надеюсь на лучший мир, ни для кого. На самом деле мне хочется передать мою боль другим. Я хочу, чтобы никто не избежал ее", - Брет Истон Эллис, "Американский психопат".

Оффлайн Common Goal

  • Копирование характера, навыков и способностей других через глаза.
  • Loner
  • Сообщений: 9
  • Karma: +2/-0
  • Меня не существует
    • Досье
Re: One more time, one more chance... I
« Ответ #4 : 04 Январь, 2014, 02:43:42 am »
Падший восстанет с колен и расправит крылья. Она раскрыла глаза, наполненные отчаянными и злыми слезами, ощутила боль в висках от отчаянно сжатых зубов и почувствовала волну боли и страха, прокатившуюся по ее душе, и когда волна ушла, на берегу остались осколки и трупы - былое, забытое, лишенное смысла, мертвое. Ее жизнь устраивала ее, и за одну секунду весь мир Мадлен... - кто такая Мадлен?... Откуда взялось это дебильное имя?... - был уничтожен.
Что сейчас было? Что это было? Пистолеты в руках Лилу предательски затряслись, заставив заложников в ужасе вжать лица в пол, подавляя стоны страха. Равновесие стало недоступной роскошью, когда Лилу поняла, что стоит на столе - ее затошнило, все вокруг качалось и плыло, казалось, скоро она просто упадет.
Два демона, два существа, как угодно, побывавшие в голове Паркер, все еще слышались ей так ясно, как будто до сих пор шептали на ухо слова о смерти и возмездии, но смысл слов угасал, их лица расплывались, и даже мелодия, о, эта мелодия, исчезала, как свежий сон, оставляя за собой только тоску и боль, муку и боль.
Но самым страшным было не это... Это было лицо, то самое лицо, точнее губы, Лилу не могла видеть глаз за очками, только губы, по ним, оказывается, можно читать не меньше, каждая эмоция, хоть о и скрывает их, никогда, никогда не давая слабины. Фраза, произнесенная им тысячи миллионов лет назад, понятая так поздно, такая простая. Жертва, распаляющая охотника, кровь и слеза, слабость и сила. Одна монета, и на каждой стороне - по способу отпустить руль жизни, себя, контроль, стать свободным в убийственном угаре или убийственной беспомощности.
Лицо исчезло из ее памяти, едва появившись, и вместе с ним и весь ее транс. Лилу пришла в себя.
- Чего, %$@, встала! Говорю, &*#, уходим! Сейчас уже нагрянут, и тогда кранты! - услышала она, и словно впервые открыла глаза. Казалось, миллиард мыслей пролетел в голове Лилу за миллисекунду, потому что она по-прежнему целилась в заложников, по-прежнему была здесь, не двигаясь. Безумные мысли исчезли, сменившись прозаичностью реальности, и Общая Цель поняла, что тупить - роскошь, которая сейчас непозволительна. Если она хочет мыслить о какой-то херне, всегда можно снова купить кокса, или кристалла, или, если день покажется менее отвратным, сойдет и просто травка. А пока деньги на все радости жизни нужно зарабатывать. Лилу вдруг стало до ярости стыдно. Какого черта с ней происходит?!
- Не %$@, а Лилу, чудак ты на букву "м". - огрызнулась она, спрыгивая со стола. - Лежать! - она замахнулась прикладом на мужчину на полу, имевшего смелость поднять на них глаза.
Она бросилась к выходу вместе с Синдикатом, стараясь заглушить голос призрака несуществующего прошлого в своей голове...

Оффлайн Mr. X

  • Предугадывание движений противника, невосприимчивость к боли, сверхконцентрация внимания, владение всеми видами оружия и боевых искусств.
  • Administrator
  • *****
  • Сообщений: 120
  • Karma: +3/-0
  • The Best There Is
Re: One more time, one more chance... I
« Ответ #5 : 04 Январь, 2014, 02:45:57 am »
Лилу рвалась из банка, точно из металлического капкана, мертвой хваткой вцепившегося в ногу, парализуя движения. Она еще переживала последствия внезапно поразившего ее легкого замешательства, но уже практически в полной мере владела собой. Улица встретила ее привычным гомоном города. Нью-Йорк. Паркер никогда и ни с чем не спутает башни его небоскребов, асфальт улиц, кричащие вывески кафе и магазинов, броские рекламные щиты. У него было свое лицо. У каждого города оно есть. Чье-то более узнаваемо. Каждый распознает свои родные дворы и переулки среди десятков других. Для Общей Цели именно Нью-Йорк был родным. По крайней мере, для той, какой она себя помнила.
Вокруг попадалось на удивление мало прохожих для погожего летнего денька, впрочем, приходящие в порядок мысли выстроили в мозгу девушки четкую картинку воспоминаний недавнего прошлого, в котором она и Крушитель незамысловато вломились в банк сквозь центральный вход, вогнав в состояние неконтролируемой паники всех и каждого, кто стал свидетелем сего дикого зрелища в стиле Джона Диллинджера. В опасной близости скулили сирены. С десяток нарядов полицейских, а, вполне возможно, и автобус с бойцами спецназа, уже подъезжали к месту заварушки. Впрочем, напарник Лилу не особо нервничал на их счет. Дирк Гартвейт торопливо вышагивал поперек проезжей части, оставляя за собой весьма заметные вмятины, шутя, отмахнувшись чудовищным ломом от практически налетевшей на него машины, с визгом и грохотом метнув автомобиль метров на 50 в сторону, невольно вызвав 3-4 побочных столкновения, чем усилил общую панику и суматоху. Громиле катастрофически не хватало элегантности в работе, хотя это вряд ли его хоть сколько-нибудь беспокоило.
- Надо успеть на точку, пока нас не накрыли! – в очередной раз громыхнул Крушитель. При этих словах сознание Лилу окончательно прояснилось. Да, контрольная точка. Великий план Худа. Криминальный талант Паркера Роббинса выдал очередную грандиозную аферу, способную наполнить карманы членов Синдиката пачками хрустящей «зелени». К чему тратить силы на один точечный удар? Что если обрушить на «Большое яблоко» целую волну налетов? Тем более, что обширные возможности подпольной империи, выстроенной человеком в красном плаще, это позволяли. Они ударят одновременно, по двум десяткам целей по всему Нью-Йорку, чем рассредоточат силы правопорядка, тем самым, собьют их с толка. Копы не будут знать, куда им кидаться. Легавые будут дезориентированы и не смогут оказать эффективного сопротивления. Возможно, кого-то схватят, но то будут единицы, и вряд ли самые расторопные. Впрочем, обеспечивая защиту всем своим подопечным, Худ впоследствии сможет вытянуть их из-за решетки. Опять-таки организовать побег для одного-двух человек будет не сложно… хотя, кем-то можно будет и пожертвовать, в серьезной игре слабакам и кретинам нет места. Оставалось в этой сверхприбыльной схеме одно «но»…
- Давай, давай, черт тебя… - Крушитель не успел закончить, как рухнул вниз под воздействием чего-то тяжелого и чертовски быстрого, опустившегося ему на загривок откуда-то сверху. – Ох ты ж ?%№! – выругался Дирк, с гримасой явного неудовольствия переваливаясь на спину. И его беспокойство было не сложно понять… ведь их атаковал никто иной, как Виктор Фон Дум!
Это закованное в глухую броню, завернутое в плотный, развевающийся на легком ветру зеленый плащ зловещее нечто при одном лишь взгляде на него заставляло всерьез задуматься над инстинктивным желанием оказывать сопротивление. Просто стоять возле него казалось опрометчивой глупостью, равной суицидальному стремлению к саморазрушению. В ногах сразу появлялась предательская слабость, словно бы, казавшуюся никак не менее двух метров роста фигуру окружала аура подавляющего страха. Именно так Виктор влиял на большинство… но в Синдикате Худа собрались мужчины и женщины далеко не робкого десятка.
- Пошел ты! – гаркнул Дирк, перебив Фон Дума ломом напополам в районе пояса. – Долбанная жестянка! &$@!!! – с поразительной для своих размеров ловкостью здоровяк оказался на ногах и еще парой сокрушительных ударов превратил остатки механической копии Доктора в груду обломков. М-да, всем было прекрасно известно, что Виктор понастроил этих болванок - "ботов", по типу брони Железного Человека, для патрулирования своей мировой империи. Сам он сейчас, без сомнения, развлекался где-нибудь в другом месте со своей супругой - Вандой Максимофф, наслаждаясь титулом Всевластного Правителя, а проблемы на «земле» за него решали автоматизированные двойники. – Пошли, - с удовлетворенным облегчением выдохнул Крушитель, правда, не успел ступить и шага, как до них с Лилу донесся скрежет механического голоса:
- Именем Дума, сдавайтесь! – с чертовыми консервными банками была всего одна проблема – перемещаются они толпами. Вот и теперь, сверху, на переулок, в котором застряли Паркер и Гартвейт, пикировал отряд андроидов, внешне идентичных только что уничтоженному… а до места сбора нужно было преодолеть еще несколько кварталов. Большие деньги – большие риски. Никто не говорил, что будет легко…

***
Он пришел в себя, сидя за дубовым письменным столом в два с половиной метра в длину и полтора в ширину, на кожаном кресле с высокой спинкой, посреди чудовищно огромного кабинета на верхнем этаже небоскреба с террасой и отличным видом на город. На столе фарфоровая чашка зеленого чая, еще пленительно горячего. Из скрытых динамиков доносится «Ноктюрн №20» Шопена, бесшумно работает кондиционер, создающий умеренно прохладную обстановку. Он непривычно напряженно огляделся. Его охватило ощущение, будто в помещении присутствует кто-то еще, хотя особое чутье подсказывало, что на ближайшие двести метров вокруг никого нет. Пальцы рук бесцельно заскользили по гладкой поверхности стола, опрокидывая на пол листы лежавших перед ним бумаг и канцелярские принадлежности. Он чувствовал себя не в своей тарелке. Впервые за очень долгое время. Сперва ему показалось, что это «голод» дает о себе знать. Похожее ощущение, но не совсем. Чего-то не хватало. Кулаки самопроизвольно сжались. Руки… казалось, буквально одно мгновение назад он сжимал ими кого-то очень крепко… и даже не мог вспомнить, кого именно…
- Бред какой-то, - вслух произнес Мистер Икс и резко поднялся из кресла. Постоял. Ничто не нарушало размеренной игры фортепиано.
- Уверена, ты всех девушек спасаешь из Гидры и отвозишь сюда... - блондин обернулся на голос, неожиданно зазвучавший у него за спиной, движением ноги отталкивая в сторону кресло, и готовясь к бою.
Перед ним стояла молодая девушка. Темноволосая, только чрезвычайно коротко стриженная. На ней были сильно обтягивающие, но хорошо тянущиеся джинсы, широкая свободная кофта-декольте черного цвета, обтягивающая запястья и живот и оголяющая все плечи. Маньяк тут же замер в нерешительности. Ее голос, он будто бы звенел в самой его голове.
- Последнюю девушку, которая была со мной в этом городе, я убил – перерезал горло в постели… но не переживай, Паркер, с тобой безумно весело, - почему-то произнес Икс именно эти слова, моргнув глазами, а когда вновь посмотрел перед собой, незнакомка уже пропала будто ее и не было вовсе.
Психопат от злости сжал зубы. Схватил и залпом осушил чашку с чаем.
- Блок! – непривычно громко крикнул мужчина. Не прошло и десяти секунд, как в кабинет шумно ввалился татуированный телохранитель-островитянин, явно обеспокоенный призывом своего босса. – Нет… ничего… иди… это я так… - бросил Икс Блоку, медленно направляясь к окну. Какое-то время он просто стоял, не шевелясь и глядя перед собой, вниз, на улицы летнего Нью-Йорка, где подобно муравьям суетились люди. Винтовка со снайперским прицелом оказалась в руках как-то сама собой, а дуло тут же устремилось к предполагаемой цели. Маньяк превратился в статую, проворачивая в голове раз за разом образ, слова, интонацию голоса, пытаясь понять, вспомнить. Безрезультатно.
И в момент истины, когда палец уже практически нажал на спусковой крючок… в опасной близости от окна с шумом спланировал отряд андроидов Доктора Дума. Они пролетели мимо, по направлению к центру города, не обратив внимания на убийцу, но их появления оказалось достаточно, чтобы перебить «голодные позывы» кровавой жажды психопата.
Мистер Икс убрал оружие за занавеску, решительным шагом вернулся к столу, поднял с пола чистый лист бумаги, карандаш, и…
"Я – невозможный человек. Моя личность поверхностна и бесформенна, я глубоко и устойчиво бессердечен. Совесть, жалость, надежды исчезли давным-давно, если вообще когда-нибудь существовали. Я превзошел все неконтролируемое и безумное, порочное и злое, все увечья, которые я нанес, и собственное полное безразличие. Хотя я по-прежнему придерживаюсь одной суровой истины: никто не спасется, ничто не искупит. И все же на мне нет вины. Разве зло – это мы? Или наши поступки? Я испытываю постоянную острую боль, и не надеюсь на лучший мир, ни для кого. На самом деле мне хочется передать мою боль другим. Я хочу, чтобы никто не избежал ее", - Брет Истон Эллис, "Американский психопат".

Оффлайн Common Goal

  • Копирование характера, навыков и способностей других через глаза.
  • Loner
  • Сообщений: 9
  • Karma: +2/-0
  • Меня не существует
    • Досье
Re: One more time, one more chance... I
« Ответ #6 : 04 Январь, 2014, 02:52:07 am »
Вид парящего над ее головой Доктора Дума заставил Лилу одними губами проговорить емкое нецензурное слово, хорошо описывающее их с Крушителем ситуацию. От одного вида владыки Латверии Лилу поплохело - по спине пробежал холодок, а лицу стало наоборот жарко. Девушка много всяких козлов с суперспособностями повидала за свои лихие будни в Синдикате Худа, но Дум был далеко-о-о вне ее лиги, и Лилу не обладала ни храбростью, ни желанием сцепляться с подобного ранга противниками. Первой мыслью девушки было просто дать деру. Крушитель попал, и его было жаль, он был нормальный мужик, не слишком хамил по сравнению со многими, в отличии от большинства других членов Синдиката не испытывал потребности каждые две секунды отмачивать какую-то шутку про бабу на корабле или нужду Лилу в настоящем мужчине. Но в этом мире каждый сам за себя, возможно, за исключением друзей, а друзей у Лилу не было. Лицо в солнцезащитных очках резануло память и исчезло. Паркер неуверенно замялась, не желая бросать Дирка, но и умирать тоже не горя...
Но на ее удивление, Крушитель вдруг очень быстро и легко разделался с Виктором фон Думом, буквально разнеся мужчину на две части. Это выглядело весьма болезненно и в то же время забавно. Лилу прижала ребро ладони к носу, "сочувственно" скривившись:
- У-у-у, чувак. Ад...
Однако их победа длилась очень недолго - более внимательный взгляд показал, что напавший на них Дум был лишь роботом. Лилу мало секла в различных супергероях и злодеях, но даже дурак знал, что Дум использует подобные штучки, это упоминалось обычно в родстве с разговором аля "Все агенты Щ.И.Т.а трусливые черти, пользующиеся робото-копиями". Ее не достающие до плеч черные волосы поднял ветерок, и, медленно, уже чуя беду, повернувшись, Паркер увидела, что им - конец.
Лилу сжала пистолеты в руках и основанием запястья поправила очки, заказанные для нее в Оскорпе добрым порывом Худа. В конце-концов, в первые же недели ее прибывания в Синдикате начальник понял, что она может быть адекватным членом общества только будучи слепой, и не может быть послана на дело, если не требовалось впитать характеристики сразу всех присутствующих. Он почти что решил выбросить ее на улицу, использовав ее для воровства пары секретов, но позже понял, что Лилу можно было найти массу применений, если бы только суметь ограничить ее способности. Техника Оскорпа стала хитом сезона после кратковременного становления Осборна главой М.О.Л.О.Т.а., и Худ смог сделать заказ на очки, полностью скрывающие зрение Лилу, посылая картинку видео ей в мозг, чтобы предотвратить прямой зрительный контакт. Просто и легко, но вовсе не дешево. Долг за дорогостоящую технику до сих пор заставлял ее работать день и ночь, вытрясая долги и грабя разных бедолаг. Но что делать? Боссов не выбирают. К кому ей было еще податься, к Осборну?
Андроиды зависли над головами Лилу и Крушителя.
- Валим! - крикнула Лилу, стукнув Крушителя кулаком в плечо, чтобы вывести из ступора. И бросилась бежать.
Заявка: Бежать по самому короткому пути, если есть сквозные подъезды, использовать их, чтобы срезать путь. Отстреливаться, когда прижмут в угол, а вообще - просто как можно скорее убегать и уворачиваться.

Оффлайн Mr. X

  • Предугадывание движений противника, невосприимчивость к боли, сверхконцентрация внимания, владение всеми видами оружия и боевых искусств.
  • Administrator
  • *****
  • Сообщений: 120
  • Karma: +3/-0
  • The Best There Is
Re: One more time, one more chance... I
« Ответ #7 : 04 Январь, 2014, 02:54:23 am »
…он начал водить грифелем карандаша по листу. Медленно, очень медленно, затем быстрее, увереннее, жестче. Полоса, вторая, третья. Получалось что-то отдаленно напоминавшее нотную грамоту. Икс готовился к написанию «симфонии». Его движения со стороны казались беспорядочными, лишенными какого-либо смысла или системы, как и все гениальное в этом мире. Лицо приняло совершенно отсутствующее выражение, возможно, даже веки за стеклами очков были опущены. Словно тело охватило подобие транса, и сознание блондина находилось где-то очень далеко, в совершенно ином месте, а рука сама по себе хаотично перемещалась в пространстве.
Прошло не больше пары минут, и перехлест резких, отрывистых штрихов стал образовывать единую композицию. Все новые и новые линии небрежно ложились на белую бумагу, одни выходили темнее, с нажимом, другие светлее, едва оставляя след. Овальная фигура концентрировалась в середине полотна, слегка вытягиваясь вверх и вниз. Свободного места оставалось все меньше. Вот на общем фоне стали появляться участки, отражавшие глубину, иные, в противовес им, остроту углов и выпуклость объема. Теперь уже не приходилось ломать голову, чтобы отыскать рациональное зерно в диковинной «мазне».
На листе четко вырисовывалась пара пронзительных глаз, дуги бровей, небольшой нос, крепкие скулы, сжатые губы, округлый подбородок, щеки, лоб, виски, уши, волосы и прочие неотъемлемые детали человеческого портрета. Определенно, творение маньяка являло собой ничто иное, как изумительный женский профиль, пугающе реалистичный, будто смотрящий с оборотной стороны зеркала.
Не способный пробиться в глубины собственного сознания, мучимый колким, назойливым чувством дискомфорта, слегка озадаченный непонятными образами и необъяснимыми на них реакциями, психопат целиком и полностью доверился своему особому чутью и мышечной памяти. Нечто, связанное с незнакомкой сидело столь глубоко под кожей убийцы, что чуть ли не само рвалось наружу. Кончики пальцев… нет, нервы… нет, электрические импульсы, пробегавшие между ними, хранили воспоминания… отзвуки ощущений прикосновения. Неосознанное хлынуло наружу, как кровь из пробитого горла, и осталось чужим образом на плоскости.
Мужчина совершенно не помнил, где и при каких обстоятельствах ее видел, но вспомнить все, отчего-то, казалось крайне важным.
Икс склонил голову на бок, размяв подзатекшую от пребывания в одном положении шею, и недовольно, мрачно нахмурился. Теперь у него была зацепка, только ситуацию это никоим образом не проясняло. На планете 7 миллиардов человек, с учетом  того, что ему доводилось встречаться и с жителями иных галактик, наличие портрета не упрощало задачу поиска девушки. Очевидными для него были лишь две вещи: теперь есть с чего начать, и он просто обязан ее найти… хотя бы ради того, чтобы убить, и навсегда заглушить странное беспокойство. Уничтожение – всегда действенный способ решения любой проблемы, если чего-то нет, тебя это не касается.
Внимание Икса привлек красный огонек бесшумного звонка на телефонном аппарате – с ним пытался связаться личный секретарь. Весь персонал знал – хозяин не любит, когда его отвлекают, а трубку он рано или поздно возьмет, когда посчитает нужным. Те, кто не мог усвоить такое простое правило… в общем… они в компании больше не работали… да они уже нигде больше не работали… в связи с отсутствием всякой жизненной надобности… зато другие замечательно учились на их ошибках. Блондин молча нажал кнопку громкой связи.
- Мистер Бейтман, Ваш самолет готов к вылету в Латверию, автомобиль ждет в гара… - Икс не дослушал ее, отключив коммуникатор. Он совсем забыл, что ему назначена личная аудиенция у самого Виктора Фон Дума. Психопату оставалось только догадываться, с чем связано поступившее приглашение… и был лишь один путь все узнать. По крайней мере, есть на что отвлечься, пока идет поиск информации о призрачной девушке.
- Займись, - небрежно бросил убийца своему телохранителю, проходя мимо него по коридору, ведущему из офиса к лифту. Блок безмолвно уставился на слегка помятый лист бумаги с изображением женского лица на нем, а затем перевел взгляд на широкую спину маньяка, исчезающую за смыкающимися створками кабины подъемника…

***
       
- Сразу за тобой, - рыкнул Дирк, ломом отшвыривая в стену ближайшего дома первого из спикировавших на них с Паркер андроидов. Киборги планировали сходу повалить Крушителя на асфальт, после чего задавать численным преимуществом, оставив Лилу на потом, оценивая ее как цель менее приоритетную, рассчитывая на чисто физическое сопротивление, так как о скрытых возможностях преступницы мало кому пока еще было известно, в отличие от Гартвейта, которого не знал разве что самый ленивый и бестолковый агент Г.И.Д.Р.Ы., прозябающий на базе с кодовым названием «Дыра» где-нибудь в Кампучии. Механический расчет жестянок нахрапом разделаться с парочкой грабителей себя не оправдал. Уже повалявшись на земле, Крушитель явно не планировал так просто туда возвращаться, в знак своего превосходства погрозив машинам дюжим кулачищем. Оценив неблагоприятность избранной тактики, копии Дума моментально перегруппировались, приостановив снижение. Зависнув в воздухе над переулком, они активировали наладонные репульсоры, придя к логичному выводу, что предварительная огневая обработка доведет беглецов до той кондиции, когда они уже не смогут оказывать активное противодействие. С таким поворотом событий, даже для твердоголового Крушителя стало ясно, показуха может им дорого обойтись, и двинул следом за Общей Целью, чертовски вовремя уходя из-под шквального огня, обратившего бетонное полотно тротуара дождем каменной крошки.
Лилу слышала за собой грохот канонады и отборную брань Дирка. Громила явно провел слишком много времени за решеткой, тюремные привычки держали предводителя команды «На слом» за горло железной хваткой. Он практически разучился шевелить мозгами… теми, что у него оставались от и без того небогатого набора, данного при рождении, утраченного большей частью в уличных потасовках и бесконечных возлияниях чрезмерного количества спиртного. В ситуации «бежать или сражаться» Гартвейт всегда выбирал второй вариант, не просто полагаясь на свою звериную мощь и сокрушительный лом, а руководствуясь в первую очередь узконаправленным мышлением – «если тебя пресуют, вдарь в ответ так, чтобы выбитые зубы сломанными руками собирали». Поэтому, в то время как Паркер прекрасно понимала, что успех предприятия лежит в скорейшем прибытии в точку сбора, у Крушителя «планка» самосохранения упала на чудовищно низкий уровень, перекрыв обзор красной пеленой осатанелого разрушительного праведного гнева на «зеленые мешки с болтами», решившие встать у него на пути. И пока Лилу, очертя голову, не жалея подошв, «рвала когти» к пункту назначения, ловко шныряя по сквозным подъездам домов, квартирам, помещениям магазинчиков и прочим местам, куда роботы Дума не совались ввиду заложенной в них программы минимального разрушения объектов частной собственности и сохранения жизни граждан, Дирк брел напролом по открытой с воздуха местности, размахивая ломом и стягивая на себя все больше сил противника. К счастью для Паркер она была уже практически «в шаге» от пункта назначения, и ей даже не пришлось толком пускать в ход стволы. Крушитель же безнадежно отстал от нее, все глубже увязая в бессмысленной головомойке с летающими болванками, а ведь у этого кретина все еще оставались похищенные ими деньги!
- Ей Богу, в зоопарке от него было бы больше толку, - невеселой ремаркой привлек внимание Лилу один из членов Синдиката – Гризли. Максвелл Маркхем, как всегда завернутый в медвежью шкуру, вальяжной походкой приближался к девушке, волоча на загривке пузатую сумку, объемами не меньше, чем у Дирка.
- Именем Ду… - только и раздалось над их головами слегка поднадоевшее требование, как розовой вспышкой мелькнул Живой Лазер – напарник Гризли в этой операции, уничтожая четверку «нарисовавшихся» на горизонте киборгов.
- Вот это я называю грамотной командной работой, - осклабился Максвелл, ненавязчиво стряхивая с плеча пыль, оставшуюся от некогда грозных машин Дума. – Давай, девочка, времени в обрез, - Маркхем махнул Общей Цели рукой, двигаясь в сторону Таймс-Сквер – площади в самом центре Манхеттена, где, согласно плану, через пять минут, т.е. ровно в 12 часов по полудню должен появиться Паркер Роббинс и вытащить всех прибывших подельников прямо из смыкающегося со всех сторон капкана. При таком раскладе, опоздание было смерти подобно, или, как минимум, аресту со всеми вытекающими последствиями…
"Я – невозможный человек. Моя личность поверхностна и бесформенна, я глубоко и устойчиво бессердечен. Совесть, жалость, надежды исчезли давным-давно, если вообще когда-нибудь существовали. Я превзошел все неконтролируемое и безумное, порочное и злое, все увечья, которые я нанес, и собственное полное безразличие. Хотя я по-прежнему придерживаюсь одной суровой истины: никто не спасется, ничто не искупит. И все же на мне нет вины. Разве зло – это мы? Или наши поступки? Я испытываю постоянную острую боль, и не надеюсь на лучший мир, ни для кого. На самом деле мне хочется передать мою боль другим. Я хочу, чтобы никто не избежал ее", - Брет Истон Эллис, "Американский психопат".

Оффлайн Common Goal

  • Копирование характера, навыков и способностей других через глаза.
  • Loner
  • Сообщений: 9
  • Karma: +2/-0
  • Меня не существует
    • Досье
Re: One more time, one more chance... I
« Ответ #8 : 04 Январь, 2014, 02:55:47 am »
- Дирк, мать твою, сматывайся, придурок! - крикнула Лилу на бегу, краем глаза заметив, как Крушитель лезет на рожон, словно не понимая, насколько малы его шансы на выживание в стычке с думботами. Его глупость вызвала у Общей Цели бессильный гнев - как можно быть таким беспомощным?! Как можно вот так кидаться в самое пекло, против всех шансов, как можно быть таким тупым?
Но времени на высокие мысли не было - девушка прибавила скорости, хотя минуту назад не смогла бы и представить, что это возможно. Она бежала, словно ошпаренная, так быстро, как давно не приходилось... Расстояние между ней и ее немудрым напарником возрастало с каждой секундой, и Лилу ощущала стыд за то, что бросила мужчину одного на верную смерть. Укоры совести не мешали ей бежать. Каждый сам за себя. В жизни Паркер не было никого, за кого стоило бы умереть. Как-то даже обидно. Обидно было и то, что гребаный идиот Крушитель умудрился ринуться в свой чертов подвиг вместе с бабками, за которые она вместе с ним рисковала своей шкурой! Сейчас не было времени думать о том, что сделает с ними Паркер за этот позорный промах, но Лилу понимала, что предводителя банды не заинтересует то, что на них напал "Дум". Она так и слышала его голос: "Да хоть Волдеморт, &%$!"
Ее легкие быстро превратились в две шипящие сковороды, испаряющие кислоту, которой стала ее кровь. В момент, когда от тела Общей Цели требовалась вся его максимальная мощь, Лилу поняла, что рассказы про вред наркотиков - не только сказки, которыми пугают детей и ботаников на ночь. Ее затошнило, голова кружилась от напряжений и прилившей к ней крови, мышцы ног натянулись, словно пружины, готовые лопнуть... Но хуже всего было это жжение в горле и шее. Девушка задыхалась, и вскоре остановилась, упершись руками в колени, пытаясь поймать воздух, растрепанная и готовая упасть.
Голос Гризли заставил ее дернуться и направить на него пушку, но она быстро поняла, что это всего лишь спасительна кавалерия, и даже улыбнулась - истощенной, дрожащей от измождения улыбкой. Но не успел тот даже слово ей сказать, как на них напала новая пачка роботов, которую тут же прикончил Живой Лазер. Паркер даже не обратила внимание на это - ее глаза были направлены назад, на Гризли, довольно далеко, но все же достижимо близко. Общую Цель вдруг озарило. Теперь, когда она встретила подмогу, она может убедить их дать ей время, а может, и помочь...
- Эй... - она кашлянула, пытаясь вернуть пропавший голос, прижав ладонь к гудящему лбу. Грудную клетку рвало на части. Даже курить не хотелось - настолько ей было хреново. - Эй... Там... Крушитель... Чувак, у него все бабки. Паркер... по стенке размажет... Вернемся... Лазер... - она посмотрела на Живого Лазера почти с мольбой. Из головы не шел тот смешной анекдот, который ей рассказал Крушитель... Она была тогда такая готовая, что от смеха чуть не умерла, а дурацкий гогот Дирка только усугубил ситуацию. И еще она вспомнила крышу, и винтовку, и падение, ужасное падение, и фонарики, цветные, яркие, и не знала, откуда это воспоминание всплыло в ее голове.
"Что ты делаешь, идиотка? Это не твои заботы!!!"
- Ну? Че встали? - она достала пистолет и выстрелила, целясь далеко в думбота, готовящегося снести Крушителю башку... Побежав в другую сторону, девушка не смела обернуться назад, чтобы проверить, следуют ли они за ней. (заявка)

Оффлайн Mr. X

  • Предугадывание движений противника, невосприимчивость к боли, сверхконцентрация внимания, владение всеми видами оружия и боевых искусств.
  • Administrator
  • *****
  • Сообщений: 120
  • Karma: +3/-0
  • The Best There Is
Re: One more time, one more chance... I
« Ответ #9 : 05 Январь, 2014, 03:09:25 am »
Дорога от Нью-Йорка до Латверии показалась не длиннее поездки на такси из офиса к ближайшему ресторану на обед. И хотя перелет на персональном пассажирском сверхзвуковом самолете отнял порядка 6 часов, маньяк провел их на одном дыхании. Голова настолько была занята мыслями о преследующем его образе девушки, что течения времени он попросту не замечал. Ситуация становилась все менее забавной, в геометрической прогрессии росло и раздражение Икса. Черты лица, нарисованного им на бумаге, внезапным образом проявлялись на рекламных плакатах, проносившихся за окном мимо по пути в аэропорт, в отражении стакана с виски, наполняемого им чаще обычного, в случайно попадавшихся людях. Происходило это буквально на долю секунды, достаточную, чтобы быть замеченным и привлечь внимание, но при попытке сфокусироваться, образ мгновенно растворялся, становясь чем-то совершенно иным.
Даже поручив Блоку заняться поисками девушки, маньяк не мог заставить себя переключиться на что-то иное и продолжал копаться в архивах собственной памяти и ресурсах глобальной сети посредством ноутбука, надеясь отыскать любую зацепку, след, намек, что угодно, но неизменно натыкался на пустоту. Как будто незнакомка незримо присутствовала в его жизни, оставив отметки тут и там, но одновременно с этим она никогда вовсе не существовала. Ему казалось, еще чуть-чуть, вот-вот и разгадка будет у него в руках, он отстает всего лишь на пол шага, последний поворот в лабиринте воспоминаний и разгадка будет найдена… но затем появлялся новый поворот и так дальше до бесконечности.
Виктор Фон Дум, предстоящая встреча и все сопутствующие размышления касательно столь неожиданного события растворились в призрачных глазах незнакомки, как в бездонном океане. Психопат не вышел из напряженного оцепенения и после приземления, пошевелившись только заслышав голос, доносившийся точно из самого прошлого:
- Я не буду останавливаться и крутиться, давай просто не будем об этом говорить, - она стояла на противоположном от него конце салона, перед зеркалом, на ней было красное, облегающее по всей длине платье, короткое, открывающее ноги почти на всю длину, красные туфли на высоком каблуке, губы в бежевой помаде, по-мальчишески короткие взъерошенные влажные после душа волосы. - И куда я буду прятать пистолет? – она смотрелась в зеркало, казалась такой притягательно обезоруживающе смущенной, не давай ни малейшего шанса убийце усомниться – обращается девушка именно к нему.
Прежде, чем он успел сделать малейшее движение в ее сторону, видение пропало, но тут же объявилось уже в другом месте:
- Ну? Сколько тебя можно ждать, пойдем, - она стояла с усмешкой на бежевых губах у выхода из самолета. Улыбка быстро исчезла, как и сама неизвестная.
В два шага блондин оказался там, где только что видел ее – никаких признаков присутствия, только пустой трап и карета, запряженная четверкой лошадей у последней ступеньки.
Непривычно угрюмый Икс спускался вниз. Отчего-то в голове возникла мысль о том, что неплохо было бы привезти сюда африканского слона и, возможно, прокатиться на нем… отринув дурацкую, непонятно откуда взявшуюся идею, мужчина поймал себя на другой мысли – будто бы он уже был здесь раньше, и делал то же самое, и двигался также, видел и чувствовал… только не хватает какой-то детали.
Конная прогулка в экипаже продлилась утомительных полчаса, явив гостю Латверии череду довольно унылых местных пейзажей, карикатурно вырванных откуда-то с гравюр темного средневековья в противовес остальному высокотехнологичному миру за пределами границ самобытного государства.
Постепенно впереди перед ним во всём своём мрачном величии возвысились каменные стены и башни замка Доктора Дума. Икс с силой сжал кулаки, вернув себе прежнее самообладание и полный контроль над взбесившимися мыслями и чувствами, ведь сейчас ему как никогда будет нужна «холодная» голова…
- Смею полагать, мистер Патрик Бейтман, - выбравшись наружу, блондин поднял глаза над слегка опущенными стеклами очков, устремив взор к массивным дверям на верхушке внушительного крыльца, где в величественной приветственной позе замер Виктор Фон Дум собственной персоной, подле которого стояла его венценосная супруга – Ванда Максимофф.
Застегнув пуговицы пиджака, Икс неторопливо начал двигаться на встречу неизвестности…

***

- Ох, йопт твою, - скривился Макс, глядя на Лилу и битву Дирка с копиями Дума. – Я будто снова оказался в Лиге Неудачников… Арт, присмотри за деньгами и прикрой нас, - совсем уж по-звериному рявкнул Гризли, оставляя свою драгоценную ношу и бросаясь следом за Общей Целью.
Был ли то необъяснимый припадок героизма или же стадное чувство, но, похоже, девушка все же смогла правильно мотивировать товарищей по банде, а может, объединение толпы злодеев-индивидуалистов в Преступный Синдикат так повлияло на их мышление и позиционирование самих себя как единого целого, тем не менее, на помощь Дирку Паркер кинулась не одна. Выстрелами фотонных зарядов их прикрывал Живой Лазер, одновременно с ним бесперебойный огонь из обоих стволов вела и сама Лилу, а Маркхем же за неимением дистанционного оружия, пошел в лобовую рукопашную атаку, совершив захватывающий дух прыжок, используя в качестве трамплина могучую спину Крушителя, навалившись и сгребая в охапку сразу трех роботов.
- Ты до конца свой никчемной жизни не расплатишься, - гремел Максвелл, топча и разрывая на части металлические конструкции, с которыми со свитом рухнул на землю, после чего принялся раскидывать оторванные металлические ошметки в других, используя руки, ноги и головы в качестве снарядов.
- Свои люди – сочтемся, ты мне еще два куска за вчерашний покер должен, - получив неожиданную поддержку, Гартвейт заметно воспрянул духом, заработав ломом с удвоенной силой, однако проблемы это не решало – патрули киборгов стягивали к месту потасовки все новые и новые силы. Бесконечно это побоище продолжаться не могло, и, хотя, приспешники Паркера Роббинса с успехом удерживали занятую позицию, рано или поздно их превзошли бы численным преимуществом, впрочем, буквально через три минуты в любом случае стало бы уже без разницы, потому что неудержимо наступало мгновение общего сбора, обозначенное их великим лидером.
На удачу грабителей на них вышла еще одна группа в составе Вьюги и Бича. Донни Гилл эффектно и лихо появился на сцене, сгенерировав ледяную дорожку по типу американских горок, попутно превратив в ледяные глыбы большую часть киборгов, атаковавших Лилу и компанию, а следовавший за ним попятам на своих двоих Игорь Ванко вдребезги раскрошил их хлесткими ударами энергетических кнутов.
- Все развлекаетесь, как я погляжу, но за нами их еще целая толпа, - на ходу прокричал Вьюга.
- Смею напомнить, господа, мы крайне ограничены во времени, - привлек общее внимание Лазер.
- А чего там, Дирк этой своей металлической хреновиной еще не намахался, - подколол подельника Гризли.
- Вот щас еще разок по твоей плюшевой башке съезжу и будет самое то, душу отведу, человеком себя почувствую, - отрезал Крушитель направляясь в сторону Таймс-Сквер, так и не выпустив из руки вожделенную сумку с наличностью.
- Меньше базарь, быстрее шагай, больше я твою шкуру спасать не стану, - огрызнулся Макс, похватывая оставленные им на земле деньги.
– С меня причитается, когда выкарабкаемся. Если кто полезет, мне скажи, руки вырву, - тяжело дыша, бросил Дирк Лилу, не оставив без внимания самоотверженность ее действий.
До отправления оставалось всего две минуты, впрочем, стягивавшимся в одной точке силам Преступного Синдиката еще нужно было умудриться продержаться эти 120 секунд против концентрировавшихся и все возраставших сил Дум-Патрулей… и это, если исходить из расчета, что Паркер Роббинс прибудет точно вовремя, в противном случае, отступать им больше некуда.     
"Я – невозможный человек. Моя личность поверхностна и бесформенна, я глубоко и устойчиво бессердечен. Совесть, жалость, надежды исчезли давным-давно, если вообще когда-нибудь существовали. Я превзошел все неконтролируемое и безумное, порочное и злое, все увечья, которые я нанес, и собственное полное безразличие. Хотя я по-прежнему придерживаюсь одной суровой истины: никто не спасется, ничто не искупит. И все же на мне нет вины. Разве зло – это мы? Или наши поступки? Я испытываю постоянную острую боль, и не надеюсь на лучший мир, ни для кого. На самом деле мне хочется передать мою боль другим. Я хочу, чтобы никто не избежал ее", - Брет Истон Эллис, "Американский психопат".

Оффлайн Common Goal

  • Копирование характера, навыков и способностей других через глаза.
  • Loner
  • Сообщений: 9
  • Karma: +2/-0
  • Меня не существует
    • Досье
Re: One more time, one more chance... I
« Ответ #10 : 06 Январь, 2014, 03:36:58 am »
Услышав за спиной топот и знакомый до боли бодрый мат, Лилу чуть не отрубилась от облегчения. Девушка никогда не отличалась терпением и особым умом, но дуракам везет, и ее привычная, но все же непредсказуемая команда поддержала рискованный ход Паркер, хотя с точно такой же вероятностью могла бы послать ее на три буквы. Мужчины с легкостью обогнали ее, поскольку, не смотря на свой запал, бежала Лилу сейчас далеко не с грацией и скоростью антилопы. В боку кололо так, словно кто-то воткнул в живот отвертку. Напряженно сжав губы, Общая Цель выстрелила в одного из ближайших ботов, промазала, обидно выругалась, и выстрелила вновь из другой пушки. Она была левшой, с самой секунды, как осознала факт своего существования, и левая рука не подвела девушку - пуля разнесла металлический череп Дума. Стрелять из двух пистолетов одновременно было невозможно, а вот из двух по очереди - вполне, особенно если особо не целиться, а роботов было так много, что не попасть в них было сложнее, чем попасть.
Ее спутники устроили настоящую железную бойню вокруг. Цель даже не оглядывалась на происходящее. Ее мир стал маленьким и полным хаоса, и Лилу еле успевала отстреливаться почти что вслепую от ботов, которые, как казалось ей на этот момент, наполнили собой всю вселенную. Увернувшись от удара репульсера, она упала на бок и перекатилась по земле, выстрелив прямо в мерзкую маску одного из ботов, спикировавшего над ней, чтобы убить. Его туша отправилась в падение прямо на Паркер, и Общая Цель едва умудрилась увернуться прочь, на этот раз уже в другу сторону. Какую-то секунду звон в голове стал сильнее ее - Паркер просто лежала на земле, истерично целясь куда-то по-сторонам, пока не смогла уговорить себя подняться на ноги. Башка была наполнена ватой, но она слышала знакомые голоса, переругивающиеся вокруг нее. От одного из комментариев членов Синдиката девушка громко засмеялась, впрочем, смех быстро умер в ее горле, потому что битва все никак не заканчивалась, один из ее пистолетов нужно было перезаряжать, но своими деревянными руками Лилу не смогла бы даже шнурки завязать.
- Ничего, "барышня в беде", всегда обращайся. - ответила Паркер Крушителю, поняв его слова лишь какой-то частью мозга, который был занят лишь царящей вокруг войной. Она присела на корточки, принявшись нервно и с малым успехом перезаряжать пистолет, сквозь зубы матерясь. Когда это у Лилу получилось с горем пополам, девушка взлетела на ноги и принялась стрелять по ботам, сосредоточенно целясь в их железные башки. Казалось, вся эта схватка никогда не закончится. Время стало резиновым, как когда она была под наркотой, кстати о наркоте, сейчас она убила бы хоть за маленькую дозу, потому что сдохнуть вот так было как-то ну совсем погано, и прошло уже больше десяти часов, и у нее уже оледенели руки, и лоб покрыла испарина, и скоро будет плохо, и как все же дерьмово вот так погибать, а ведь она была так близко, так близко к правде, она коснулась ее руками, она была здесь, здесь, и они почти нашли все ответы, и скоро нашли бы девочку в машине, и бля о чем я вообще говорю??!!...
Слегка ударив себя по виску основанием ладони, в которой еще был зажат пистолет, чтобы немного привести себя в себя, Общая Цель тряхнула головой и насильно сосредоточилась только на одной вещи, которая должна была иметь значение - на своем выживании.
(весь ход - заявка)

Оффлайн Mr. X

  • Предугадывание движений противника, невосприимчивость к боли, сверхконцентрация внимания, владение всеми видами оружия и боевых искусств.
  • Administrator
  • *****
  • Сообщений: 120
  • Karma: +3/-0
  • The Best There Is
Re: One more time, one more chance... I
« Ответ #11 : 06 Апрель, 2014, 11:10:11 am »
Каждый из нас когда-нибудь задумывался над тем, что бы он спросил у Бога, если бы мог задать всего один вопрос, представься для этого возможность. Неважно, что он для Вас собой представляет: парня, висящего на кресте, или существо с головой слона и десятком пар рук. Если Вы атеист, то фигура создателя в Вашем воображении будет заменена кем-то иным, обладающим сакральным знанием о правде жизни: ученым с мировым именем или искусственным интеллектом в холодной оболочке компьютера. В любом случае, у каждого есть свое собственное понимание высшей силы, при столкновении с которой наступает момент истины и внезапного просветления.
Икс, не спеша поднимаясь по лестнице, оказался именно в такой ситуации или, как минимум, был близок к ней как никогда раньше. Многие бы продали собственную душу, чтобы попасть на его место, хотя сам убийца толком не понимал, что в точности здесь делает. Сказать, что приглашение Фон Дума стало для него неожиданностью, значит не сказать ничего. Удивить человека, способного предугадывать чужие действия – задача не из простых. Если бы можно было описать причину, толкнувшую его на поездку, то в большей степени чашу весов перевесило бы любопытство, впрочем, уместно будет отметить, что даже такая зрелая и самодостаточная личность, какой несомненно являлся хладнокровный маньяк-убийца, не нашла достойного предлога для отказа, а предводитель Латверии и всего остального цивилизованного мира относился к числу тех особ, которых не следовало молчаливо игнорировать, какое бы положение в этом самом мире лично ты ни занимал.
Возвышавшийся впереди блондина мужчина обладал поистине убийственной энергетикой. Причиной тому была не только природная харизма и заслуживающее похвалы выработанное годами умение правильно поставить себя на публике. О нет, все гораздо сложнее. Виктор сосредотачивал в себе грандиозную силу, пределы которой, возможно, не были известны и ему самому. Казалось, тяжесть гравитации при приближении к нему усиливается, неудержимо клоня каждого подступавшего к земле в предназначенное им всем коленопреклонное положение. Тем поразительнее было наблюдать за стоявшей рука об руку с мужем Вандой Максимофф, утонченной и женственно хрупкой. Но ее видимая беспомощность лишь пускала пыль в глаза. Икс чувствовал необузданную мощь, заключенную внутри плоти и крови. Эти два сверхчеловека олицетворяли собой обновленных Адама и Еву следующего поколения, к которым беззвучно приближался Змей, изменивший свой облик. Возможно, этот момент когда-нибудь станет главой «новой Библии», написанной еще не рожденными потомками, ведь история имеет обыкновение повторяться.
Психопату пришлось приложить усилие, чтобы побороть внезапно нахлынувшее желание кричавшее подобно призраку-баньши: «Убей их немедленно!», будто скрывавшаяся перед ним сила  взывала к помощи своего избранного Чемпиона, готового открыть ей путь к свободе и первому пасть жертвой во всепоглощающем огне разрушения.
Потакать собственным желаниям сейчас было также глупо, как и всерьез рассчитывать на то, что ему удастся хотя бы ранить любого из двух противников. Схватка с ними не имела бы ничего общего с «боем» в том понимании, которое Икс вкладывал в это слово.
- «Боюсь показать невеждой, но мне даже в голову не приходит, с каким именно титулом следует обращаться в подобном случае», - первым начал разговор Икс.
- «Как насчет - Виктор», - Фон Дум встретил блондина железным рукопожатием, одновременно приглашая пройти внутрь замка сквозь открывшиеся как по команде створки внушительных дверей.
- «Многообещающее начало, Виктор», - маньяк достойно выдержал испытание знакомством с металлической перчаткой Доктора.
- «Предлагаю продолжить его ужином», - Виктор задал вектор направления движения, первым ступая внутрь.
- «Надеюсь, Вы пригласили меня сюда не ради одной лишь дегустации изысков латверийской кухни», - блондин учтиво кивнул, шагая в мрачный сумрак неизвестности поражающего своим простором коридора.
- «Предпочитаете итальянскую?», - присоединилась к разговору Ванда.
- «У меня особые предпочтения в пище, но в гостях я не привередлив», - уклончиво отвечал Икс.
- «Сразу видно – американец. Стейк с кровью – предел мечтаний», - фраза Ванды прозвучала подчеркнуто пренебрежительно.
- «Я, в основном, склонен к простоте в вещах, на которые приходится тратить время по необходимости. Пища питает тело, вот и все ее предназначение», - маньяк вел диалог с хладнокровием дуэлянта, взводящего курок пистолета.
- «Как мечты питают душу, иначе ею овладевает безразличие. Единство тела и духа, одно без другого не существует», - перехватил инициативу Виктор.
- «Слова настоящего мага. И что же питает Вашу душу?», - поинтересовался Икс.
- «Желание сделать мир лучше», - без тени сомнения, ответил Фон Дум.
- «Для кого? Лично для Вас и круга избранных? Невозможно сделать счастливым всех и каждого. Всегда кто-то будет чем-то недоволен», - не имея возможности потягаться с хозяином в реальном бою, блондин занял атакующую позицию на поле диалога.
- «Это не одно и то же. Счастливым каждый делает себя сам, я лишь прилагаю усилия, чтобы существовала возможность», - выпад Икса разбился о твердыню непоколебимого спокойствия Дума.
- «И прототипом идеальной модели, конечно же, является Латверия. По-вашему, люди, живущие там, за стенами, счастливы», - сквозь вереницу залов и галерей из окон открывался отличный вид на долину и город у подножия крепости, куда движением руки и указал убийца.
- «Я не тиран, я – правитель. Все это лишь образ, который существует, потому что они этого хотят. Этот замок существует потому, что он нужен всем остальным: жителям Латверии, моим врагам и союзникам. Вы, как человек склонный к простоте, скажите мне, что еще нужно этим людям», - Виктор не уступал Иксу в полемике ни на йоту, используя слова маньяка против него самого, стремясь загнать в тупик.
- «Много вещей. Хотите, чтобы я перечислил их всех. Боюсь, нам не хватит оставшегося вечера и всей ночи, а я не планировал особенно задерживаться без веской на то причины», - маньяк идеально «вел игру», говоря без заносчивости, без злобы, без раздражения, плывя в пространстве, точно акула в просторах океана.
- «Вы имеете в виду кабельное телевидение, интернет, рекламу, автомобили, заводы, мобильные телефоны, фотомоделей, «Макдональдс», организованную преступность, детскую беспризорность, наркотики?», - на лице Дума отразилось неподдельное недоумение.
- «Какие-то вещи существуют вне зависимости от наших желаний, другие делают жизнь проще и удобней».
- «Значит, простота и удобство делают Патрика Бейтмана счастливым».
- «Вы склонны к поспешным выводам?»
- «Вовсе нет. Просто пытаюсь понять, что Вы за человек. Рассуждения – единственный путь к истине».
- «Это занятие, лишенное всякого смысла, если перефразировать Ваши слова, то Патрик Бейтман – всего лишь образ, «некая абстракция, меня настоящего нет, только какая-то иллюзорная сущность». Я тот, кем Вы и все окружающие хотят меня видеть, просто еще один богатый американец, который никогда не откажется от стейка с кровью», -
последняя фраза Икса заметно разрядила обстановку и заставила всю троицу улыбнуться, что маньяк умел делать весьма профессионально, скрывая очень глубоко внутри холодную злобу и ярость.
- «В таком случае, Вас следует называть Джон Доу – человек, которого не существует», - уже не так колко, как раньше произнесла Ванда.
- «Как любителю классической музыки, «Мистер Икс» - было всегда ближе моему сердцу».
- «Циркач с романтической тайной в прошлом, выступающий на арене со «смертельно опасным номером». Занятно было бы услышать Вашу историю», -
произнесла Ванда, вступая в помещение обеденного зала, где среди прочих предметов мебели располагался длинный стол, сервированный на три персоны.
- «В моем прошлом нет ничего романтического. А что наша жизнь, если не один большой цирковой номер. Смерть? Она ходит по пятам за каждым. В этой части каждый номер заканчивается одинаково, будь ты клоун или акробат. Я? Просто хожу чуть ближе к краю, чем все остальные», - Виктор занял место во главе стола, Алая Ведьма расположилась по правую руку от него, Икс разместился напротив Ванды, слева от Дума.
Блондин неслышно выдохнул. «Танец с дьяволом» продолжался, но самое интересное, очевидно, было еще впереди…

***

Обстановка вокруг Лилу Паркер раскалилась до предела, если бы она держала во рту термометр, красная шкала давно бы вышла за пределы, со свистом взорвавшись, как в классической сцене из мультика «Том и Джерри». Площадь Таймс-Сквер превратилась для Банды Капюшона в самое настоящее Аламо, это было уже не задержание кучки гангстеров после ограбления, а самая настоящая война.
К этому моменту на точку сбора стянулись практически все силы Синдиката, брошенные Паркером Роббинсом на операцию: Кудесник, Ураган, Вопрос, Центурион, Бумеранг, Кроссфайер, Химик, Вопрос, Электро, Рэйзорфист и прочие. На крошечной точке собралась воедино самая настоящая армия, способная стереть целый город с лица Земли, но задача у них была иная - продержаться еще 60 секунд, чтобы выбраться из этого кошмара живыми с крадеными деньгами. На первый взгляд плевое дело, всего минута, но с учетом того, что на каждого из них приходилось не меньше десятка Дум-патрульных, прогноз складывал далеко не радужный.
Девушке не доставало обзора, чтобы охватить все происходящее целиком – плоть, металл, плазма, кровь закрутились в одном умопомрачительном месиве, точно кто-то готовил фруктово-ягодный коктейль в блендере и не закрыл крышку. Она уже даже толком не понимала, где свои, а где чужие. Оставалось только ощущение того, что она до сих пор жива, хотя своего тела практически не чувствовала. Рядом с ней рычали Крушитель, Гризли и Мистер Хайд, чуть поодаль отборной бранью сыпал Билли «Джигсо» Руссо, в трех метрах над головой парили Гриффин и Живой Лазер, сама видимая структура которого стала заметно истощаться из-за количества фотонной энергии, затраченной им в схватке.
Асфальт под ногами Общей Цели трескался и плавился, содрогаясь от взрывов и грохота падений человеческих тел и металлических конструкций. Казалось, что наступил самый настоящий Конец Света, и мир вот-вот начнет рушиться на части прямо перед глазами, просто сложится в горку, как карточный домик. Все происходило настолько быстро, насколько вообще возможно, Лилу лишь самым дальним краешком сознания понимала, что именно делает и в кого стреляет. Не прошло и тридцати секунд, как ей стало практически невозможно дышать, в нос била гарь, сера, разряженный воздух, пот и поджаренная плоть. К горлу подступила рвота, живот скрутило, а мышцы свело от усиливающейся наркотической ломки.
Лилу Паркер сама не поняла, как перешла ту грань, где окончательно потеряла бдительность, а затем по груди разлилось обжигающее тепло заряда репульсора, отшвырнувшего девушку на добрых пять метров назад. Падения она уже не ощущала, просто упала на землю, и уже больше ничего не понимала, только продолжала смотреть перед собой. Тенью над ней нависла фигура мужчины в темных очках с длинными светлыми волосами, обнаженный торс которого иссекали десятки черных татуировок геометрической формы, образовывавшие гипнотически манящий рисунок. В руке он сжимал меч, а на губах застыла леденящая кровь зловещая полуулыбка. Она уже видела его раньше, в банке, и вот теперь снова…
- «Неплохо для первого раза. А теперь вставай, урок еще не окончен», - сквозь рев битвы донеслись до нее его слова… или же они прозвучали в ее голове?
Прежде, чем Общая Цель успела что-то понять понять, небо над ней окрасилось в черно-бардовый цвет, будто в нем гнойной раной открылась червоточина, напоминающая гигантского осьминога с множеством щупалец, и из самого центра жуткой аномалии появился человек с пламенным взглядом в красном капюшоне и темно-синем деловом костюме, вооруженный парой пистолетов. Раскаленные черной магией пули обрушились вниз подобно библейскому огненному дождю, а затем… тьма окутала Таймс-Сквер.
…в себя Лилу Паркер пришла лежа на дощатом полу в спасительной тишине. Окончательно к жизни ее вернул до боли знакомый голос:
- «Эй, подруга. Ты как? Ни чё, а?», - Дирк "Крушитель" Гартвейт.
Похоже им все-таки удалось сделать это!!!
- «Господа и дамы!», - привлек общее внимание членов Синдиката, лишь секунду назад перенесенных магией Дормамму с площади Таймс-Сквер в одно из убежищ банды, Паркер Роббинс, стоявший на подобии балкона, вынесенного на уровне второго этажа над залом собраний, где и обнаружили себя уцелевшие участники заварушки. – «Мы хорошо поработали, теперь время праздновать. Этот день войдет в историю, ведь сегодня мы ограбили всю Америку!», - и одним резким движением Капюшон высыпал на головы своих соратников настоящий вихрь из хрустящих банкнот, опустошив один из добытых мешков.
Засыпаемая падающими точно первый снег купюрами под восторженный рев толпы довольных преступников, Паркер понемногу приходила в себя, чувствуя боль от раны в груди. Взгляд скользнул по лицам стоявших рядом с ней людей – таинственный блондин с татуировками растворился в воздухе, как будто и не было его вовсе…
"Я – невозможный человек. Моя личность поверхностна и бесформенна, я глубоко и устойчиво бессердечен. Совесть, жалость, надежды исчезли давным-давно, если вообще когда-нибудь существовали. Я превзошел все неконтролируемое и безумное, порочное и злое, все увечья, которые я нанес, и собственное полное безразличие. Хотя я по-прежнему придерживаюсь одной суровой истины: никто не спасется, ничто не искупит. И все же на мне нет вины. Разве зло – это мы? Или наши поступки? Я испытываю постоянную острую боль, и не надеюсь на лучший мир, ни для кого. На самом деле мне хочется передать мою боль другим. Я хочу, чтобы никто не избежал ее", - Брет Истон Эллис, "Американский психопат".

Оффлайн Common Goal

  • Копирование характера, навыков и способностей других через глаза.
  • Loner
  • Сообщений: 9
  • Karma: +2/-0
  • Меня не существует
    • Досье
Re: One more time, one more chance... I
« Ответ #12 : 02 Май, 2014, 06:44:05 pm »
Удар репульсора встретил грудь Лилу, сшибая девушку с ног. Ее отбросило на расстояние, которое могло бы несколькими метрами или километрами, настолько мало она успела понять и ощутить. Общая Цель не ощутила падения - только что она стояла на ногах, и вот уже она распласталась на земле, и кто-то залил бетоном ее легкие. Сморщившись, она прижала руки к онемевшей груди, и попыталась вдохнуть... тщетно. Ладони Лилу метнулись к ее горлу, как будто они что-то могли поделать с ее ушибленной трахеей, забывшей, как наполнять легкие воздухом. Странно, но Цель ощущала себя вдруг странно трезвой - шум в голове от адреналина и, чего уж греха таить, ломки, которую она еще не испытывала ни разу в жизни, никогда не пребывая так долго без хоть какой-то дури, - все это в прямом смысле выбило из девушки, и Паркер ощущала себя вдруг кем-то другим, более собранным, более... думающим. Как будто удар что-то открыл в ее мозгах. К сожалению, все эти замечательные ощущения были пустой тратой ее времени, потому что дыхание не желало возвращаться, и Лилу начала серьезно бояться за себя. Что, если у нее сломаны ребра, и легкое проткнуто осколком одного из них? Что, если... Она смогла поймать болезненный глоток кислорода и наконец-то поняла, что все не так плохо. Однако встать, вот так вот прямо сейчас встать на ноги, было выше ее сил. Вокруг царил невероятный бардак - пару раз она подумала, что ее вот-вот просто задавят в потоке мечущихся людей. Но дуракам везет, и Паркер была относительно в безопасности. Нужно почаще притворяться мертвой. Я пацан не гордый. Ее гордость вполне позволит ей и этот конченный трюк. В конце-концов, ее гордость позволяла ей многое за короткую сознательную жизнь Лилу. Господи, какой бред приходит в голову, когда от тебя требуется максимум концентрации...
Внезапно над ней возникло лицо. В первую секунду девушке показалось, что это один из ее коллег, либо пришел помочь ей, либо пнуть за невовремя устроенный перекур. Однако это лицо не было ничем иным, как тем же человеком, которого она видела раньше, совсем недавно, в одной из своих галлюцинаций. Почему-то, на виду этих закрытых очками глаз, Лилу наполнило опьяняющее чувство стыда, словно она была перед ним голой. Она ощутила себя солдатом на трибунале, и каким-то магическим образом мгновенно оперлась на локти за спиной, хотя бы немного приподнявшись с земли по мере своих сил.
- Урок никогда не окончен... - прошептала она, глядя на свое отражение в его очках, зная, кто перед ней, зная каждой частицей своего тела и разума, узнавая его и чувствуя прилив счастья и страха. Она протянула слегка дрожащую, всю в синяках и застарелых поцелуях шприца, руку к этом лицу...
В небесах разверзлась огромная яма. Лилу моргнула, и видение исчезло, а вместе с ним и то предвкушение в ее груди, ощущение спасения, но от чего? Секунду назад она чувствовала что-то вроде религиозного аффекта, словно сам Спаситель пришел за ней, чтобы достать ее из темной, ужасной ямы... Лилу прижала руки к лицу, словно остатки этих чувств могли удержаться в ее ладонях, но те уже покидали ее, оставляя лишь чужое, непонятное ей горе. Да что же это такое? Ублюдочная, ты всегда знала, что так будет, ты всегда знала, что ты вот так закончишь - кучей дерьма под ногами, бесполезной обузой, которой даже последняя шестерка Худа не доверит прикрыть свою спину, с такими вот припадками прямо в разгаре стычки. Отдохнула? Полежала? Вставай, вставай, Лилу, ничтожество. Последние осколки памяти вынес из ее разума прилив новых впечатлений. Паркер не имела даже понятия о том, что за мысли были в ее голове секунду назад. Лицо незнакомца стало маской из кожи, без носа, рта и глаз, а ее чувства сменились просто крайней усталостью и новым приступом тошноты. Отняв руки от покрытого испариной лица, Общая Цель увидела, что Худ и его Синдикат победили эту стычку. Вокруг нее раздавались радостные матюки, топали ноги, а с неба падало что-то зеленое, легкое, словно огромные снежинки. Когда одна упала на лицо Паркер, девушка наконец-то поняла, что с неба летят банкноты, которые разбрасывает в порыве щедрости довольный Худ. Каждая из этих купюр могла купить ей хорошее самочувствие, вдруг поняла Лилу и, схватив в охапку несколько упавших на нее бумажек, все еще валяясь на земле, забыв о гордости и всех переживаниях, она крепко прижала их к груди, закрыв глаза от глухого, нерадостного счастья.


Оффлайн Mr. X

  • Предугадывание движений противника, невосприимчивость к боли, сверхконцентрация внимания, владение всеми видами оружия и боевых искусств.
  • Administrator
  • *****
  • Сообщений: 120
  • Karma: +3/-0
  • The Best There Is
Re: One more time, one more chance... I
« Ответ #13 : 31 Май, 2014, 02:08:43 am »
То, что было дальше, можно коротко описать, как «пост-финишная тусовка в лучших традициях заездов «Формулы-1»»: десятки счастливых лиц, море шампанского, зелено-долларовое конфетти. Кто-то даже умудрился заранее раздобыть дешевое подобие позолоченного трофейного кубка с двумя ручками по бокам, то ли за второе место по боулингу, то ли за третье в командной гребле на каяке, то ли еще за какую-то подобную ерунду, откуда все тут же принялись пить, передавая по кругу, так как бутылок на каждого не хватало. О стаканах для столь знаменательного события никто, видимо, не позаботился, либо предусмотрительно решил, что жизнь их будет весьма короче бутылок, с учетом особенностей празднующего контингента. Не прошло и пяти минут, как нестройный хор голосов отъявленных негодяев, головорезов, убийц, гангстеров и просто безжалостных ублюдков, слегка захмелевших от собственной удачи и принятого спиртного, поначалу расхлябанно, а затем все единодушнее и четче затянул:

«I've paid my dues
Time after time
I've done my sentence
But committed no crime
And bad mistakes
I've made a few
I've had my share of sand
Kicked in my face
But I've come through

And we mean to go on and on and on and on…»

Пускай они не могли выйти на улицу и возвестить о своей победе всему миру. За них это сделают газетчики, телевизионщики и простые обыватели. Возможно, уже завтра кто-то из них будет схвачен, и тогда наступит суровая расплата. Но пока у каждого из них было столько наличных денег, что можно было купить собственный островок в Карибском бассейне с персональной армией морских пехотинцев и до конца жизни не шевелить и пальцем. Скорее всего, еще до конца вечера пара-тройка из этих ребят все же найдут повод для отупляюще-бессмысленного мордобоя, будь то старые долги или новые обиды. Пока же самая разношерстная шайка отщепенцев, какую знала история организованной преступности, обнималась и держалась за руки, точно кучка хиппи, обкурившихся под Джимми Хендрикса и Боба Дилана на концерте в Вудстоке. Мало кто, глядя со стороны, мог оценить грандиозность и сентиментальную трогательность момента. Большинство из них забыло, когда плакало последний раз, а остальным казалось, что они на это вовсе не способны. И вот они, неловко трут влажные глаза, надрывно дерут глотки и, глуповато пританцовывая, торжественно салютуют пенящимися бутылками шампанского и сжатыми в разбитых кулаках толстенными пачками купюр своему единственному и неповторимому боссу, парящему под самым потолком и осыпающему их настоящим денежным дождем, точно ангел хранитель, указавший им сквозь беспроглядную тьму неудач и нескончаемого позора золотой путь к земле обетованной:

«…We are the champions - my friends
And we'll keep on fighting
Till the end
We are the champions
We are the champions
No time for losers
'Cause we are the champions of the World!»

Лилу не сразу сообразила, как ее тело перевели в вертикальное положение и невольно причастили к всеобщему ликованию. Рядом стояли все те, с кем она была на «той стороне»: Крушитель, Гризли, Бич, Вьюга, Лазер. Кажется, Дирк взял ее под одну руку, а Максвелл закинул вторую себе на плече, тем сам, не позволяя ей упасть и быть раздавленной в лепешку разошедшимся не на шутку круговоротом массового упоения победой.
Триумф продолжался не долго, для полноценного празднества место было совсем не подходящее, да и боевые раны все же давали о себе знать. Как только первая волна «схлынула», прошедшим ожесточенное столкновение с армией киборгов были представлены магические, технические, нестандартно-уникальные медицинские и иные сверхъестественные способы поддержать не только боевой дух, но и потрепанное тело на личный выбор каждого, согласно индивидуальным анатомическим и генетическим особенностям организмов: сыворотки, ускоряющие метаболизм и заживление ран, противоожеговые мази, шины из нестабильной материи, фиксирующие кости, но не стесняющие движений, всевозможные болеутоляющие, а кроме того – комплект заблаговременно приготовленной сменной одежды, грядущую ночь им предстояло провести всем вместе, чтобы лишний раз не светиться, после чего сорванный в ходе ограбления куш поделят между всеми участниками операции и каждый получит возможность в полной мере распорядиться деньгами, которые до тех пор будут храниться под присмотром Паркера Роббинса. Однако уже полученные доллары подельники могли вволю истратить на… «Чёрном Рынке» - самом элитном подпольном клубе для представителей «теневых структур», куда тайно и переместил своих подчиненных Капюшон, когда те закончили приводить себя в порядок, перемотав раны и сменив маски и трико на модные костюмы и платья…

   

Танцпол клуба встретил Лилу настоящим уроганом из красок, огней, голосов, запахов и, конечно же, новым напором музыки, на этот раз куда более мелодичной, нежели гомон нескольких десятков разгоряченных алкоголем шальных глоток. Слова пробуждали все те же непонятные ассоциации чем-то похожие на дежа-вю - как будто это с тобой уже было, хотя, на самом деле происходило впервые… или наоборот…

Baby, I'm a sociopath,
Sweet serial killer.
On the warpath,
'Cause I love you,
Just a little too much.
I love you just,
A little too much.
(Much, much, much).

День был чертовски долгим и напряженным… но, похоже, ночка обещала быть не менее утомительной и ее тоже придется попытаться пережить... по крайней мере об этом нашептывало Паркер ее собственное внутренне чутье…

***

Ужин прошел в относительно нейтральной обстановке. Больше внимания уделялось еде и напиткам, нежели разговорам. Икс ел без аппетита, хотя старательно это скрывал, правилам этикета его своевременно и в полной мере выучили, поэтому от него поступали емкие, сдержанные комплименты в адрес повара и жаркого из кабана, которое, к слову сказать, и в самом деле было весьма не дурно. А вот вино, поданное ко столу, маньяк оценил действительно по достоинству. Один единственный глоток обострил все вкусовые рецепторы убийцы до предела. Сорт напитка без сомнения был элитным, 5-6 десятилетий выдержки, не иначе. Виноделие опытными мастерами приравнивается к своего рода искусству. Подобного эффекта и результата не добиться научными технологиями, только опыт, терпение и верное приложение накопленных знаний. Главное – творческий подход. Получить по-настоящему достойное вино не намного проще, чем нарисовать картину или написать сонет. Поэтому, когда Виктор поинтересовался его впечатлениями, психопат не поленился и коротко продекламировал отрывок из Байрона: 

«Ибо юность уходит подобно весне,
И прибежище только в пурпурном вине,
Только в нем - ведь недаром! - признал и мудрец
Вечной истины кладезь для смертных сердец.

Упущеньем Пандоры на тысячи лет
Стал наш мир достояньем печалей и бед.
Нет надежды, - но что в ней? - целуйте стакан,
И нужна ли надежда! Тот счастлив, кто пьян!

Пьем за пламенный сок! Если лето прошло,
Нашу кровь молодит винограда тепло.
Мы умрем, - кто бессмертен? - но в мире ином
Да согреет нас Геба кипящим вином!»

Ванда и Виктор встретили поэтический порыв гостя сдержанными одобрительными улыбками. Внутри блондина даже пробудилось нечто похожее на голод физический, внимание которому он не уделял уже очень давно. Однако его неизменно не покидало чувство легкой театральности всего происходящего. К чему все это вообще? Едва ли Фон Дум и Ванда Максимофф испытывали потребность в потреблении пищи. Они в ней нуждались куда в меньшей степени, чем сам Икс. Он питался зачастую из необходимости для поддержания энергетического баланса организма. Жизненная сила же Фон Дума и его жены никоим образом не зависела от внешних источников. Будь он на их месте, не тратил бы времени на подобные мелочи. С другой стороны, на что еще тратить время тем, кто стоит на высшем уровне, если не на мелочи, зачастую теряющиеся в общей перспективе. Убийца готов был бить об заклад в доллар против тысячи, что никто не представляет себе Виктора Фон Дума сидящим за столом с женой, поедающим жаркое из кабана и пьющим роскошное вино. Как бы это ни было возвышено, в большей степени данный образ достаточно приземленный и… человечный. Виктор имел мало схожего с общечеловеческими представлениями в глазах мировой общественности, они бы скорее поверили в то, что он пожирает младенцев на завтрак, обед и ужин, предварительно, принеся в жертву черного козла и пару десятков куриц демонам Ада.

Когда «странный» (пожалуй, именно такая характеристика подходила для его короткого описания) ужин подошел к концу, Икс и Дум перешли в просторную залу, не обремененную громоздким интерьером, львиную долю которого составляла пара глубоких деревянных кресел, обтянутых кожей с меховыми накидками поверх, такими старыми на вид, что первые пару секунд возникало ощущение тревоги на предмет выполняемых ими чисто декоративных функций. Ощутив величественную глубину импровизированного трона, вполне возможно, служившего еще самому Владу Цепешу или Наполеону Банапарту, Икс подумал о том, что кресло простоит еще лет двести и переживет их всех вместе взятых. Фон Дум устроился напротив блондина. Огонь в камине зажегся внезапно, без какой-либо видимой причины, словно от одного лишь присутствия хозяина замка в непосредственной близости. Маньяк сделал вид, что не впечатлен. Ванда Максимофф за ними не последовала - что ж, похоже настало время для серьезного разговора...
- «Так что же, Патрик, каким будет Ваш ответ?!», - словно между делом, продолжая, когда-то начатый, но так и не законченный разговор, обратился к блондину Фон Дум.
Слова пробуждали все те же непонятные ассоциации чем-то похожие на дежа-вю - как будто это с тобой уже было, хотя, на самом деле происходило впервые… или наоборот… маньяк был практически уверен, что и раньше сидел в этом самом кресле напротив своего собеседника, и они о чем-то беседовали… только происходило это, словно, в другой жизни.
- «Зависит от того, в чем же заключается вопрос. Его я пока что не услышал», - Икс старательно брал себя в руки и концентрировал внимание на фигуре Дума, рассеянность могла дорого ему обойтись.
- «У меня сложилось о Вас представление, как о человеке не глупом и достаточно проницательном, Патрик… или, всё же, Вам предпочтительнее Мистер Икс», - в его голосе проскользнули нотки разочарования.
- «Как будет угодно, Виктор, я всего лишь гость, не мне устанавливать порядки в чужом доме», - убийца часто играл со своими жертвами в «кошки-мышки», его это всегда забавляло, сейчас он почувствовал себя по другую сторону «палки», в этом не было ничего забавного.
- «Говоря словами одного поэта… Можете сказать, что я мечтатель, но такой я не один, а когда ты будешь с нами, мир станет един… я рассказал Вам, о чем мечтаю, хотелось бы услышать Ваши мысли по этому поводу».
- «Мечты не объединяют людей, они разделяют их. Мир не настолько прост, чтобы сгрести всех под одну гребенку. Даже Бог у каждого свой… а у кого-то его вообще нет», - сурово отчеканил психопат.
- «Вы не верите в Бога?»
- «Я уверен, что Вы верите в него не больше меня, но что есть Бог - лишь слово, обретающее оболочку в зависимости от наших желаний: Бог добрый, Бог жестокий, Бог справедливый, Бог кровожадный. Какого Бога Вы имеете в виду?»

- «Я верю в идею, и что она при желании и должном усилии может обрести достойную форму… как вино, которым Вы восхищались не далее, как полчаса назад. Мы можем придать Богу нужную форму, всеобъемлющую, многогранную, после чего Бог придаст нужную форму окружающему его миру».
- «Существо идеи происходит из естества природы, это ее осмысление, мы можем понять либо не понять, принять или не согласиться, есть овцы, а есть волки, овца может либо смириться со своей природой и быть съеденной, либо попытаться спастись, что даст ей шанс на выживание, но суть от этого не изменится…», - беседа начинала понемногу раздражать Икса.
- «А что, если я могу ее изменить?», - Виктор испытывающе взглянул на оппонента.
- «Тогда Вы и в правду мечтатель… но не думаю, что такой мир мне подходит…»
"Я – невозможный человек. Моя личность поверхностна и бесформенна, я глубоко и устойчиво бессердечен. Совесть, жалость, надежды исчезли давным-давно, если вообще когда-нибудь существовали. Я превзошел все неконтролируемое и безумное, порочное и злое, все увечья, которые я нанес, и собственное полное безразличие. Хотя я по-прежнему придерживаюсь одной суровой истины: никто не спасется, ничто не искупит. И все же на мне нет вины. Разве зло – это мы? Или наши поступки? Я испытываю постоянную острую боль, и не надеюсь на лучший мир, ни для кого. На самом деле мне хочется передать мою боль другим. Я хочу, чтобы никто не избежал ее", - Брет Истон Эллис, "Американский психопат".

Оффлайн Common Goal

  • Копирование характера, навыков и способностей других через глаза.
  • Loner
  • Сообщений: 9
  • Karma: +2/-0
  • Меня не существует
    • Досье
Re: One more time, one more chance... I
« Ответ #14 : 30 Июнь, 2014, 08:33:36 pm »
Все происходящее после того, как армия Худа все же одержала победу над роботами, превратилось для Лилу ряд больших отрывков, грубо слепленных клеем из темноты и отсутствия малейших воспоминаний. Картинки происходящего перетекали одна в другую, а потом разрывались огромными кусками темноты, только чтобы снова окатить ее калейдоскопом впечатлений. Вот она лежит на земле, засовывая новенькие, только что напечатанные, но почему-то все равно кажущиеся до омерзения грязными, купюры в карманы своих узких штанов, мня бумажки, пытаясь уместить как можно больше в маленькое пространство карманов. Затем ее поднимают на ноги, и судя по всему поддерживают, потому что она не уверена, что способна стоять на ногах сама. Все орут и ликуют, и она улыбается и ликует с ними, и что-то говорит, дразнит Крушителя бабой в шутливой перепалке, кто-то под шумок всеобщего обнимания пытается схватить ее за задницу и получает пинок по яйцам... А может, это вообще был не один и тот же человек. Потом их группа куда-то ломится под полные страха глаза фотографирующей толпы, а у Лилу болит голова, и воспоминания куда-то обрываются.
Потом она видит себя в наскоро слепленном медицинском крыле, где ей колют что-то от боли и проводят над ней какие-то манипуляции. Обе ее руки держат медсестры, что-то ковыряя в ободранных об асфальт ладонях, а она сидит между ними и смотрит в пустоту затуманенным взором, лишь слегка пошатываясь в сторону одного из докторов, в зависимости от того, кто более активно перевязывает ее руки. Потом ее оставляют в покое, и ее рвет на пол, и она трясущимися руками отпихивает медсестру, кого-то посылает на хер и уходит, точнее полууползает по стене, и как-то удачно ее уже ждет машина, потому что она не может больше ждать.
Потом она оказывается в своей комнате. Она чувствует себя безумно одинокой с первой секунды, как память возвращается к ней, и будет чувствовать себя так всю эту ночь. Она видит свое отражение в зеркале: неровно намазанная подводка глаз, все наспех, волосы для разнообразия даже расчесаны. На ней какая-то праздничная черная кофта с рюшками, шорты, колготки в мелкую сетку, кожаные военные ботинки. Она белая как смерть, и ей так плохо, как никогда, но она же не может выйти на люди полным чмом, додуматься до этого у нее хватает ума даже в такие лучшие ее минуты. Ее торопят, ломясь в дверь, и она только рада - если она в ближайшую секунду не уймет свою боль, будет очень, очень плохо. Она заслужила. Она забывает все свои "заработанные" баксы в других штанах, но это все фигня, потому что у Худа хватило на всех, и у нее есть очень хорошие друзья, "хорошесть" которых растет с каждый метром, что она приближается к долгожданной дозе.
Они входят в клуб без очереди, потому что ясен хрен, и первым делом Лилу идет не на танцпол, а следует за тройкой таких же моральных уродов в закуток клуба. Дальше она обнаруживает себя сидящей на диване, между двумя людьми Худа с каждой стороны, в ее руке коктейль, она только что смеялась как дура, но почему-то ей больше не смешно. Вокруг нее все двигается крайне быстро, а она словно статуя, неподвижна, и ее рука саднит, но это блаженная боль, и у ее ног валяется жгут, который она подбирает и теребит, пока кто-то не бьет ее по руке и не забирает "палево".
Потом она оказывается на танцполе, и кто-то к ней подкатывает, потому что даже такая девушка как она в клубе в почете, но конечно все это бесполезно, потому что у нее нет настроения, и потому что чувство одиночества наполняет ее до краев, готовое вырваться наружу. Лилу не понимает где все ее веселье, которое она обычно всегда ощущает, где ее релакс, где все то, что раньше приносило ей море радости. Она закидывает голову и лицом ловит падающие с потолка блестки, и какая-то песня наполняет ее грудь, и в ней кто-то поет про убийц, и не смотря на то, что она окружена только ими, песня говорит о каком-то другом убийце, и она знает это. Ее глаза закрывает пелена, движения людей сливаются в кляксы как размазанная краска, и почему-то все вокруг становятся похожи, и все носят солнечные очки в клубе, какой кич, и у всех у них светлые волосы, и их тела покрыты татуировками, а Лилу больше не знает, танцует ли она или стоит на месте, потому что ее тело словно не ее, и ее разум словно отделяется от него и парит в воздухе, там, где блестки смешиваются с музыкой о смерти, запахом табака и пота. Это не самое лучшее место для побега от себя, но другого у нее нет: выхода не существует.

Оффлайн Mr. X

  • Предугадывание движений противника, невосприимчивость к боли, сверхконцентрация внимания, владение всеми видами оружия и боевых искусств.
  • Administrator
  • *****
  • Сообщений: 120
  • Karma: +3/-0
  • The Best There Is
Re: One more time, one more chance... I
« Ответ #15 : 05 Январь, 2015, 10:16:29 pm »
Почему? Единственный вопрос, который вот уже в который раз за последний час возникал в голове маньяка, и не находил ответа, так как логически его просто нет. Почему ему дали так спокойно уйти, добраться до самолета, подняться в воздух? Он сказал решительное нет человеку… хотя точнее будет выразиться, существу, вероятно, самому могущественному из ныне живущих, тому, чье имя у большинства населяющих планету Земля ассоциируется со «вторым пришествием Христа», и блондин до сих пор жив? Виктор Фон Дум рассказал ему о своем видении мира, центром которого он собирается быть, и предложил стать частью великого светлого будущего, а Икс отказался. Для одиозной личности, какой несомненно являлся хозяин замка, подобный поворот событий равносилен небрежному плевку в лицо с учетом того, насколько злобная, коварная, жестокая сволочь, какой несомненно и являлся мужчина в очках, данным образом поступила. Все эти игры в загадки, просто светский этикет, они прекрасно понимали, кем каждый на самом деле является. Да, психопат достиг той публичной высоты, с уровня которой мог уже особенно не заботиться о собственном имидже перед лицом того, с кем хотел выступать на равных, и его не обманешь всеми этими дружественными улыбками и белыми одеждами светлого рыцаря-спасителя, под своей кожей, в самой глубине, Виктор далеко не такой добрый и милосердный, каким его ошибочно воспринимало слепое большинство. В этом их ошибка, они видят суть Виктора Фон Дума глазами. Тот самый замок из песка, который так всем им нужен, для создания иллюзии стабильности. Мистер Икс чувствовал то, чем является его собеседник, и ему не показалось, что они так уж сильно различаются. Именно по этой причине в его разуме раз за разом рождался этот вопрос – почему? К чему это притворное великодушие. Убийца ставил себя на место Дума, и не мог понять, по какой причине живым во второй раз пересек порог замка. Не то, чтобы ему так уж сильно хотелось умереть подобно жуку, раздавленному огромным металлическим сапогом, но и четкая определенность в сложившихся обстоятельства была бы куда предпочтительней столь неоднозначной развязки вечера. Чутье неумолимо подсказывало – Виктор не мог и не должен был принять и простить несогласия со своими планами, не при том, какой итоговой цели ему хотелось достичь. С другой стороны, если ты заранее знаешь, каким будет результат, зачем вообще предлагать, к чему был весь этот фарс под стать лучшим традициям средневекового бал-маскарада. Он осушил два стакана виски со льдом и приготовился выпить третий, метался по чудовищно огромному салону самолета, надеясь, что движение поможет найти решение, усиленно массировал высокий широкий лоб, как будто это должно было заставить мысли работать активнее. Нет, он не был напуган, и не поддавался панике. Просто ему пришлось столкнуться с чем-то необъяснимым, заставившим его на какое-то время даже позабыть о той девушке, призрак которой неотступно преследует его, куда бы он ни пошел. И еще – его не покидало предчувствие, что на этом все не закончится, а Мистеру Икс не доводилось ожидать удара в спину, он предпочитал встречаться лицом к лицу с противником и самому решать, где и когда это произойдет. Психопат слишком привык контролировать собственную жизнь и жизни всех, кто встречается ему на пути. И вот теперь он встретился с тем, кого не в силах контролировать, кто в любой момент разыграет его как пешку в шахматной партии, и тогда все было зря, все эти годы, все чего он добился, пойдет прахом просто из-за одного ненормального, возомнившего себя Богом. И, черт побери, он имел к тому все основания. Икс это понимал. И чувствовал свое бессилие перед надвигающейся бурей. Вот что на самом деле не давало ему покоя, ощущение собственной малозначительности по сравнению с кем-то на голову превосходящим тебя. И как бы упорно он ни готовился, ему не встать на один уровень с силой самой природы, только не в те сроки, которые у него остались. То же самое чутье подсказывало ему – времени мало.
Была глубокая ночь, когда блондин прибыл обратно в Нью-Йорк. Весь путь от Латверии до порога офиса показался ему одним мгновением, растянувшимся в вечность в безумной глубине пространства собственного воспаленного рассудка. Молчаливой тенью он вошел в прохладную темноту помещения, первые несколько минут неподвижно простояв в центре комнаты, будто парализованный ядом бессмысленных размышлений. Лишь внезапное осознание присутствия поблизости кого-то живого заставило маньяка выйти из кататонии мысли. Черной молчаливой горой за его спиной возвышался вечно преданный Блок, за долгие годы ставший неким подобием тени психопата. Беззвучно телохранитель протянул Иксу листок бумаги, на одной стороне которого находился выполненный им ранее карандашный рисунок лица таинственной незнакомки, на другой – строчки текста, содержащие информацию, добытую за период отсутствия блондина. Ему понадобилось меньше минуты, чтобы ознакомиться и переварить содержимое. Непоколебимо прямая бровь невозмутимого убийцы изогнулась дугой, прекрасно отражая пулей проскользнувшее в голове недоумение – какого…
Мужчина вновь обернулся, теперь уже в сторону окна, почувствовав присутствие еще одного человека, хоть и не такое близкое, но куда более волнующее. Маньяк сделал два шага по направлению к стеклу, запрокинув вверх голову и уставившись на хрупкую по виду женскую фигурку в развивающихся на ветру одеждах алого цвета, зависшую в нескольких метрах над небоскребом. Мистер Икс плотно сжал губы, все мышцы его тела одновременно напряглись. Вот он и ответ на вопрос, и так мало времени… здание содрогнулось... 

***

Лилу кружилась на танцполе в равной степени заторможено и отрывисто энергично, то ускоряясь, то вновь проваливаясь на дно наркотического забытья, становясь полностью невосприимчивой ко всем внешним раздражителям, путешествуя на просторах собственного иллюзорного мира. Здесь она могла чувствовать себя свободно, всем вокруг  глубоко плевать, насколько сильно и чем она накачалась, половина присутствующих находилась в точно таком же невменяемом состоянии. Хотя общественное мнение коллег по цеху вряд ли сильно волновало Паркер. Она ушла в полный отрыв, освободившись от всего, что ее сдерживало, перешагнула грань и вступила на какую-то совершенно иную территорию, находясь в двух местах одновременно, подобно бестелесному призраку. Образ татуированного блондина в темных очках продолжал неотступно следовать за ней, и теперь стал как никогда явным, будто и сам являлся частью иного мира, терпеливо ожидая, когда же она, наконец, присоединиться к нему, и они смогут слиться в едином порыве. На секунду ей показалось, что он обхватил ее руками, то ли желая закружить в танце, то ли желая оборвать ее жизнь, слишком часто казавшуюся такой жалкой и никчемной. На нем был идеально черный костюм, какой, наверное, носит долбанный Джеймс Бонд во всех этих фильмах. Смокинг сидел на нем настолько безупречно выверено, что казался второй кожей, продолжением его тела. И эти пугающие, гипнотические татуировки, она могла поклясться, что видит их прямо сквозь гладкую, блестящую ткань. Магические рисунки пылают огнем, будто расплавленный металл, залитый в каменную форму тренированного тела. Глаза. Они скрыты за непроницаемыми стеклами очков, но в то же самое время их как будто и не существует для нее во все, словно она смотрит на мир его глазами, и видит саму себя со стороны, и он в свою очередь наблюдает за происходящим ее взором, как два разума, соединившиеся в один общий. В его руках необычайно острые клинки, способные легким прикосновением разрезать ткань, кожу, мышцы, кости, разрубить напополам душу, а у нее – пара пистолетов, готовых прострелить Луну и Солнце, взорвать всю Вселенную. Хаос из огня и разрушения окружает их, как будто они сражаются против всего и всех так долго, что время застывает вечностью. И на секунду Общей Цели кажется, что она может остаться в этом мире вместе с ним, чтобы продолжить битву, и нет никакой необходимости возвращаться в ту, другую жизнь… но яркие краски блекнут, мелодия заканчивается, танец завершается, разум Лилу вновь начинает оценивать текущую обстановку, только наркотик все еще держит ее и достаточно крепко… иначе чем еще объяснить тот факт, что она видит его, и, похоже, больше никто не обращает внимания. Там, в глубине клуба, у стойки сидит ОН! Такой величественно ужасный и трепетно прекрасный одновременно. Его лицо будто источает свет ярче огней прожекторов, а плащ… истинно белый, при взгляде на него свежий снег кажется чудовищно грязным. Виктор Фон Дум в полном боевом облачении. Он улыбается и смотрит прямо на нее, держа в руке бокал с шампанским, торжественно поднятым в воздух. Либо она сошла с ума, либо этот мир окончательно спятил, потому что никто из находящихся в клубе не обращает на это существо внимания. В сердце рождается паника. Он продолжает улыбаться, и Лилу охватывает твердая уверенность, что здесь и сейчас произойдет что-то необычайно страшное, и девушка окажется в самом эпицентре. Бог во плоти осушил свой бокал и медленно опустился со стула, на котором величественно восседал. Его внутренний свет усилился, как признак разрастающейся термоядерной реакции, а вокруг, наоборот, стало немного темнее, в глазах сверкнули молнии, полы плаща приподнялись, как от легкого дуновения ветра. Во рту у Лилу все пересохло, язык будто распух, она моргнула, и тут ее настигла мысль – Паркер Роббинс, до этого вальяжно расположившийся в открытой ложе у всех на виду, куда-то, внезапно, исчез…
"Я – невозможный человек. Моя личность поверхностна и бесформенна, я глубоко и устойчиво бессердечен. Совесть, жалость, надежды исчезли давным-давно, если вообще когда-нибудь существовали. Я превзошел все неконтролируемое и безумное, порочное и злое, все увечья, которые я нанес, и собственное полное безразличие. Хотя я по-прежнему придерживаюсь одной суровой истины: никто не спасется, ничто не искупит. И все же на мне нет вины. Разве зло – это мы? Или наши поступки? Я испытываю постоянную острую боль, и не надеюсь на лучший мир, ни для кого. На самом деле мне хочется передать мою боль другим. Я хочу, чтобы никто не избежал ее", - Брет Истон Эллис, "Американский психопат".

Оффлайн Common Goal

  • Копирование характера, навыков и способностей других через глаза.
  • Loner
  • Сообщений: 9
  • Karma: +2/-0
  • Меня не существует
    • Досье
Re: One more time, one more chance... I
« Ответ #16 : 25 Сентябрь, 2015, 02:28:40 am »
Волосы Лилу приклеились к ее лицу и стеклам очков, глаза ее были полуоткрыты, а тело было далеко, безумно далеко от ее сознания, в другой вселенной, состоящей из тумана и ваты и невесомости. Девушка умирала от жажды, но не могла остановиться, танцуя в такт с музыкой и десятками, сотнями, миллиардами тел возле нее - бесконечной, ритмично двигающейся человеческой бурей, готовой захлестнуть любого, не готового самому стать черной, слепой волной. Она была счастлива, готова была смеяться в голос, даже если никто и не услышал бы ее голос (такие прыжки в настроении были для нее не редкостью), и эта ночь уверенно неслась вперед к неизбежному и привычному финалу... Пока Лилу не столкнулась нос к носу с татуированным блондином, которого видела сегодня днем во время этого безумного ограбления.
Сказать, что сердце Паркер едва не выпрыгнуло из ее груди, значит не сказать ничего. Девушка остановилась столь резко, что спиной к спине натолкнулась на какую-то блондинку, а потом едва не получила по лицу из-за чьих-то отчаянно машущих в танце рук. Наемница закрыла глаза и прижала к лицу руки с изрядно потрепавшимся черным лаком, и начала упрямо и уверенно качать головой, словно этот знак отказа мог прогнать навязчивое видение. Нет. - спокойно проговорила она в своей голове. Не-а. Нет. Иди на%$§. Просьба не была удовлетворена. Когда Лилу открыла глаза, все тот же непроницаемый, и в то же время режущий как нож взгляд ждал ее. Глаза его были скрыты очками, но они все равно были как самые яркие прожекторы, и в то же время как самая черная, непроглядная тьма, и никакие черные стекла не смогли сдержать их неистового напора, и одновременно с этим полного, глухого равнодушия, которое отозвалось в груди у Лилу каким-то знакомым чувством раздражения, отчаяния, любопытства. Я знаю этого человека. Я знаю его, это... Это... Имя уже коснулось самого краешка ее сознания, уже готово было всплыть в ее мозгу... и вдруг блондин ринулся к ней, оказавшись рядом, совсем рядом, раньше чем девушка смогла даже вскрикнуть. Лилу лишь отшатнулась назад, вызвав много недовольных выкриков, но незнакомец схватил ее крепко, словно хищник, наносящий своей финальный удар.
Череда вспышек вновь заставила разум Лилу содрогнуться. Она и этот человек, заключенные в светящемся шаре, в объятии, ничего общего не имеющим с объятием мужчины и женщины - это скорее смертельный союз между жертвой и хищником, между большим и меньшим злом, невозможным друг без друга. Это было. Это было, Лилу знает это, да, теперь она точно знает, это было, но что было после?..
Потом она увидела дождь из пуль и огня, себя с пистолетами в руках, и его рядом, вооруженного самым красивым оружием, которое Паркер видела в своей жизни. Адреналин наполнил ее кровь при одном "воспоминании" об этом.
Следующее видение было не менее ярким и реальным. Переулок, холодный асфальт, мириады криков разрывают ее мозг. Тошнота и безумная боль исчезают под прикосновением чьего-то разума, непохожего ни на один другой, звучащего в ее голове, как рок судьбы, сведшей ее и этот черный силуэт, который она с трудом может разглядеть своими закатывающимися глазами. Ее беспомощное тело поднимают сильные руки, но Лилу не может даже пошевелиться, ее голова откидывается назад, и последнее, что она видит - это серое небо. Что было потом? Потом был целый мир, но этого мира больше нет. Да.
Объятия мужчины становились все крепче, и Лилу начала задыхаться, ее грудная клетка сжималась, дыхание стало частым и болезненным. Он хочет убить меня. Он увидел мои страдания и смилостивился надо мной. Но инстинкты Паркер были сильнее, и, собрав все силы в кулак, она дернулась, вырываясь из смертельного капкана рук... Только чтобы понять, что она совершенно одна. Музыка вокруг возобновилась с новой силой, люди танцевали, едва обращая на нее внимание, а легкие Лилу словно бы уменьшились в размере в два раза. Она прижала руки к груди, сморщившись, и постаралась вдохнуть, преодолевания давление в грудной клетке. Просто перебрала... Выйти на воздух... Душно. Просто душно. Мне нужно наружу. Даже в ее состоянии Лилу хватило ума понять, что если она не вырвется сейчас же из этой духоты, этого раскаленного воздуха и человеческого океана, будет худо. В последний раз предприняв четную попытку надышаться, Паркер принялась локтями прорывать себе путь куда-то, где по ее мнению возможно был выход в курилку. Как вдруг...
У меня приход. У меня просто приход, просто обычный приход, мы делали это сто раз, главное не паниковать, просто глюки, на улице нам станет легче, да... Однако все слова убеждения звучали жалко даже в ее собственной голове. На нее, из самого сердца этого притона, приподняв бокал, словно приветствуя старого друга, смотрел Виктор фон Дум. Другими словами это не назвать. Именно это сейчас видела перед собой Лилу, и это секундой после другого, не менее реалистичного видения. Приехали. Твоя голова окончательно превратилась в навоз. У тебя трип, потому что ты, дура, принимаешь все что попало, и скоро ты упадешь, и найдут тебя, когда сойдет снег.
Но... почему тогда не кружится голова, почему тогда нет звона в ушах, нет странных красок, звуков. Почему она чувствует себя трезвее, чем в прошедшие несколько недель? Кроме плохого самочувствия, Лилу ощущала себя совершенно адекватной... И второй вопрос. Почему нигде нет сраного Роббинса?
- Ох ты ж &%%$... - глаза девушки расширились, когда в ее маленький мозг наконец-то дошло страшное осознание того, что дум-боты были лишь началом сегодняшнего приключения. Не смотря на фантастичность происходящего, Виктор фон Дум перед ней был так же реален, как и факт того, что ей конец. О чееееерт.
Из ступора ее вывело только то, что фигура Дума перестала выглядеть столь дружелюбно. Нет, воздух вокруг владыки Латверии словно завибрировал, полы его плаща заколыхались, а в глазах запрыгали электрические молнии... О чееерт.
(заявка) Не успев снять со своего фейса выражения полнейшего шока, девушка, словно в замедленном времени, толкнула в стороны стоящих поблизости людей, присела и одним движением освободила из своего ботинка нож, который не заметили при входе охранники. Поскольку всем известно, что в стычке с Виктором фон Думом нож так же опасен, как и базука, так зачем платить больше? О чееееерт. Заметив свободный пробел в толпе неподалеку, она прыгнула туда, все так же держа голову ниже уровня толпы, чтобы хоть как-то скрыться. Оставалось надеяться, что ее чертов внутренний компас был прав, и ее неказистые напарники находятся где-то справа за десятками людей. Потому что сейчас им всем придет полнейший &%%§%&.